IT-предприниматель Сергей Остапенко о переезде в США: Я очень ошибался, думая, что у Украины нет будущего
В конце 2012 года, Сергей с женой и детьми переехал в Сан-Франциско работать по контракту на американскую компанию SysIQ/Astound, последней каплей для него стал конфликт с близкими к «семье Януковича» людьми на почве автоспорта. В интервью AIN.UA Сергей рассказал о том, как это – строить свой бизнес в качестве иммигранта, о жизни предпринимателя в США, и стоит ли уезжать из Украины.
Сергей, чем вы занимались до переезда?
Моя история – классический дауншифтинг, когда осознаешь, куда теплая корпоративная карьера может привести в конце пути, бросаешь ее, и начинаешь все почти сначала, надеясь только на свои силы и на команду единомышленников. Я много лет работал в финансах по разным компаниям и индустриям. В 90-х начинал с роли финансового аналитика, а уходил из «корпоративной реальности» финансовым директором «Майкрософт Украина».
Почему вы решили уехать из Украины?
Уезжать я решал осознанно, уже имея опыт жизни в США, где до этого в общей сложности провел три года. К 2010-2011 годам в Киеве стало настолько тошно от постоянного негатива и вседозволенности никчемных людей у власти, что просто не было желания начинать что-то новое. У меня перед глазами стоял пример, когда я помогал вести программу Гарвардского университета по реформе пенсионной системы в Украине и видел, как привезенные за деньги университета чиновники ходили по торговым центрам вместо того, чтобы слушать лекции и перенимать лучший опыт других стран. Я спросил организатора, зачем они возят в США этих заведомо бесполезных людей? Он ответил, смеясь, что, мол, это не самый плохой вариант – Украина небольшая страна, и политическая воля даже небольшой группы людей может поднять ее на ноги, ведь бюджет всей страны по размеру равен бюджету одного центрального района города Нью-Йорк – Манхеттена. Я проверил – правда!
Так вот — именно этой воли я не просто не видел, а наблюдал, как в стране систематически уничтожаются любые ростки здравого смысла. Когда волна беспредела докатилась не просто до бизнесов, владельцев которых я лично знал, а до таких вещей, как мой любимый автоспорт, решил, что хватит, и уехал. Все дело в том, что в 2010 году внимание «Ока Мордора» — «семьи» в лице младшего сына Януковича — повернулось во внедорожный автоспорт. Дисциплину подмяли, среди власть имущих стало модным ездить на «крутых внедорожниках» по болотам, а мне мягко предложили «уступить» все свои наработки «сами, Сергей, понимаете, кому». Очень не хотел связываться при заведомо предсказуемом исходе.
Как происходил процесс переезда?
Ничего волшебного в этом процессе нет. Для начала мы оформили рабочую визу Н1В на прошлого работодателя, грамотно описав вакансию в США. Процесс получения визы длился довольно долго, более года. Затем, уже приехав, я обнаружил, что при наличии двух высших образований и релевантного опыта, на позиции уровня executive, т.е. когда руководишь руководителями, можно получить ПМЖ по ускоренному варианту — за полгода, вместо того, чтобы ждать 6-8 лет, продлевая рабочую визу. Это я и сделал, причем автоматом тот же статус получили и члены моей семьи. Ключ к успеху – в подборе грамотных юристов и том, чтобы вы действительно работали там и в той роли, под которую делаются бумаги. Рабочая виза дает вам право на проживание и работу в США под конкретного работодателя, а с ПМЖ уже через несколько месяцев после его получения вы вольны сами выбирать место работы или работу на себя.
С адаптацией проблем не было?
Мой опыт вряд ли показателен. Живя в Штатах до того, мы с семьей знали, чего ожидать. Процесс адаптации был стрессовым, скорее, для моей детворы. Мы просто сняли жилье в районе, где были хорошие школы, купили две нормальные машины, и включились в ритм. Дочь пошла тут в первый класс, а старшие сыновья – уже в среднюю школу. Но очень быстро адаптировались – от момента, когда младшее чадо не могло связать двух слов по-английски до того, как она бегло читала и болтала на английском дома, с трудом подбирая слова на родном языке, прошло около полугода. Быт тут таков, что он одинаково сложен и одинаково прост для тех, кто или хочет, или не хочет под него подстроиться. Попадается масса людей, которые, приехав сюда, так и не вышли из замкнутого круга на тему о том, что американцы-тупые-дома-картонные-работу-без-знакомств-не-найдешь-всем-правят-евреи и тому подобная ватная чушь, причем нередко встречаются приехавшие сюда десятилетиями назад и не говорящие на английском экземпляры.
Интересно, что все скрытые комплексы человека и его слабости дают о себе знать именно в иммиграции. Удивляешься, например, какими гомофобами и расистами становятся здесь приехавшие люди, мнящие себя элитой дома. Также классикой является и то, что в иммиграции супруги либо расходятся спустя некоторое время, либо неразрывно сплачиваются — среднего не дано. Это происходит из-за того, что, как правило, кто-то один в семье является локомотивом переезда, а его «вторая половина» следует за ним. На месте же, вкусив новой жизни, такой «ведомый» человек либо дико стрессует и идет вразнос, либо воодушевляется новыми горизонтами и сам зажигается проектами, идеями, заводит связи, строит карьеру.
Чем вы занимаетесь в США?
Основной бизнес — PulsarFour, наше digital commerce agency. Мы строим и поддерживаем онлайн-магазины для крупной розницы в США и в Европе. У нас весь деливери – в Украине и Литве, в этом году будем открывать и другие локации, смотрим на Восточную Европу. Я продаю услуги компании в США, один из партнеров по бизнесу – в Европе, а операционную деятельность ведут два партнера в Украине.
Сергей Остапенко и его команда
Чем ведение бизнеса в США отличается от украинских реалий?
Особенность работы здесь, в Штатах – то, что технические, или, как я их называю, «гигенические» факторы бизнеса не мешают. Нет армии государственных мужей, которым ты по умолчанию должен носить отчеты, что-то объяснять, стоять в каких-то очередях… Абсолютно все правила логичны и просты. Условно говоря, под съеденный в командировке «Сникерс» не надо прикладывать свидетельство о регистрации СПД киоска и копию уплаты им единого налога для того, чтобы списать эту затрату на валовые расходы. Количество всех документов, которые надо заверять нотариально, можно пересчитать на пальцах рук. Затраты на ведение бизнеса – минимальны, и особо не отвлекают от работы. Ну и, естественно, автоматизация просто во всем и везде.
Бываете ли вы в Украине?
Да, постоянно, как если бы и не уезжал. Провожу там по нескольку недель каждые три – четыре месяца по делам компании, поддерживая связи с партнерами и участвуя в жизни IT-сообщества. Есть много проектов, которые организовываем совместно с коллегами по индустрии — как образовательных, так и исследовательских. Никогда не видел себя уехавшим навсегда и напрочь — наоборот, чувствую огромное преимущество в том, что могу применять в Украине опыт и знания, полученные в США, и делиться ими с коллегами. Может быть, я думал бы иначе, если бы не Майдан.
Как вы относитесь к революции и свержению правительства Януковича?
Вы знаете, я очень ошибался пару лет назад, думая, что страна не имеет будущего, и что мало осталось людей, способных переломить хребет этой гидре коррупции и безразличия. Когда все началось – не мыслил себя вне Киева, вне своих близких людей, стоящих там за всех нас. Был там прошлой зимой дважды, в декабре и в самый разгар в феврале, пытался посильно помочь тем, кто работал вокруг. Скольких патриотов и настоящих людей увидел — не перечесть! Организовывали вместе с IT-наметом службу трудоустройства для майдановцев, отсыпались днем в спальнике в офисе, а ночью снова шли под Михайловский принимать и развозить грузы, медикаменты по больницам. Упоминаю об этом не ради тщеславия или пиара, а потому, что мы все тогда находились вне времени и были в едином порыве, приоткрыв завесу настоящей Украины.
Но это все в прошлом, сейчас основная задача – максимально поддержать ребят, которые на фронте воюют за нас с вами. Мы им обязаны до конца своих дней. По крупицам, понемногу, выдавливать из себя проклятый совок, учиться тому, что мы как граждане имеем не просто права, а еще и обязанности, и что строить наш дом – только нам, каждому. На своем участке. Я не думаю, что у нас «последний шанс» что-то изменить, оно сразу не сломается, но каждый день, каждый год – упорно работать, чтобы Украина стала лидером в мировой IT-разработке и люди в ней достойно могли жить. Вот это достойная задача для моего поколения и моей компании.
Что изменилось, по-вашему мнению, после смены власти?
Я бы сказал так – угнетает очевидно дикий уровень некомпетенции некоторых «новых» людей при власти. Разве может лишь знание английского или то, что человек вещает о том, что «в Сингапуре можно бизнес с мобильного регистрировать!» быть основанием для того, чтобы он возглавил жизненно важную функцию многомиллионного государства? Времени на реформы остается ничтожно мало. Да, есть сдвиги, но они должны быть тектоническими, а не косметикой на публику, типа задекларированного снижения ЕСВ, которым в реальности работающей компании воспользоваться практически невозможно.
И что айтишникам делать в данной ситуации?
Я бы рекомендовал использовать это кризисное время для максимального подтягивания жизненно необходимых навыков – овладения в совершенстве иностранным языком, получения практического опыта в перспективных технологиях и, любыми средствами – работы на живом проекте на серьезного западного заказчика либо в качестве фрилансера, либо в составе боевой компетентной команды. Эти вещи помогут адаптироваться в любой среде и при любых раскладах. Если есть реальная возможность получения хорошей работы вне Украины, я бы на месте программиста ею сегодня воспользовался. Но я бы также не советовал «валить» всеми способами – ожидания надо выстраивать реальные, а то у многих они слишком радужные. Если уедете, приготовьтесь работать тяжело — быть инородцем в новой среде, и пройти через полную перезагрузку вашей среды общения и привычного ритма жизни.
Так стоит ли уезжать из Украины?
По моим наблюдениям, люди сегодня уезжают не по убеждению. Они бегут от безысходности, депрессии и негатива, который обволакивает их каждый день, как только открываешь новости или выходишь на улицу. И да, эти люди имеют право на недовольство и несогласие с глашатаями с экранов ТВ. Спросим себя честно – что поменялось в лучшую сторону за год? Понятно, что нужно время, война в стране и т.п. Но действительно, так ли нужен офис по реформам, чтобы в Борисполе перестали обворовывать пассажиров и стоять те же самые темные личности вместо легальной службы такси? Как этому мешает война? Или, может, когда у нас появится 3G, вдруг, наконец, начнут снимать и судить махровых известных всем взяточников? Ответы на сотни этих риторических вопросов очевидны, и неудивительно, что молодые талантливые ребята, для которых открыт мир, выбирают его и новые возможности, не желая жить в роли терпил, пока цвет нации отстреливают на фронте и гибнут тысячи побратимов.
Мой ответ таков: хочешь попробовать и чувствуешь, что сможешь за границей сделать больше — уезжай. Учись там, работай, поднимай семью, чтобы потом, если чувствуешь призвание, вернуться и строить Украину, отдавая себя стране, которая, на минуточку, дала тебе образование. Создавая рабочие места, обеспечивая своих родителей – стариков, когда их последние копейки обесцениваются. Пробуй, твори, делай, но не сдавайся и не зарывай свой талант. Вы всегда можете начать новую жизнь. Каждый день, каждый миг, эта возможность открыта для вас. И само это понимание уже делает вас самым сильным на свете.
Тимур Ворона
