Почему бизнес не верит в успех регуляторной реформы
Ранее Domik.ua рассказывал, куда следует инвестировать в кризис .
В феврале-марте 2015-го Верховная Рада вновь вернулась к вопросу дерегуляции и приняла еще два законопроекта. Благодаря им бизнес избавился от 38 видов сертификатов, лицензий, разрешений. Кроме того, в начале ноября депутаты в первом чтении проголосовали за несколько законопроектов, призванных упростить таможенные процедуры, отменить лицензии на право импорта, экспорта алкогольных напитков и табачных изделий и ограничить права проверяющих бизнес лиц.
Звучит все вышеперечисленное, конечно, как грандиозное достижение властей. К тому же в Кабмине с большой гордостью говорят о том, что в недавно опубликованном рейтинге Doing Business Украина продвинулась на четыре позиции, до 83‑го места. Но единственные достижения – это упрощение регистрации предприятий и собственности, а также улучшение условий подключения к электросетям. Вместе с тем отмечено ухудшение позиций в части получения разрешений на строительство, в сфере защиты прав миноритарных акционеров и, ожидаемо, – в налогообложении и получении кредитов.
«Наибольший регресс – в юридическом обеспечении исполнения контрактных обязательств, в том числе и в рамках судебных разбирательств. Этот последний пункт отражает проблемы Украины в реализации практически не начавшейся судебной реформы, которая остается одним из главных препятствий для улучшения бизнес‑климата в стране», – отмечает аналитик UniCredit Bank Андрей Приходько.
Читайте также: Самая большая тайна малого и среднего бизнеса в Украине
Они не дремлют
Семимильные шаги навстречу бизнесу далеко не так действенны на практике, как выглядят на бумаге. И это отнюдь не домыслы, а реальный опыт предпринимателей, продолжающих сталкиваться со значительным регуляторным давлением и казуистикой действующего законодательства.
Основная проблема – увеличение количества проверок практически во всех сферах. «Бизнес все так же чувствует давление со стороны проверяющих органов. И порой правоту приходится доказывать только в суде, а это отвлекает человеческие и временные ресурсы», – объясняет финансовый директор компании «Текстиль‑Контакт» Игорь Краса.
Ощутимее всего интерес вырос со стороны чиновников, так или иначе причастных к наполнению бюджета. В первую очередь речь идет о таможенной и фискальной службах. «Из нового опыта – нюансы по ввозу оборудования, таможенные индикативы. Назначать индикативную стоимость – прерогатива таможенников, при этом вилка цен огромная. И далее по этой индикативной стоимости насчитываются налоги; в такой ситуации сложно говорить о том, что решения госслужащих не влияют на наш бизнес», – отмечает директор по маркетингу компании SECURАндрей Евдокимов.
К налоговикам и вовсе целый ворох претензий, начиная с процедур подачи отчетности, которые все еще остаются благодатной почвой для коррупционных проявлений. «Один из способов давления – разрыв в одностороннем порядке договора электронной отчетности. По любому поводу, а чаще без него, налоговая приостанавливает действие договора, и предприятие не может ни зарегистрировать налоговые накладные, ни подать декларацию», – подчеркивает основатель маркетплейса Skidka.uaАлександр Тен.
Читайте также: Почему Нацбанк не справляется с инфляцией?
На проверку – становись!
Хуже – только нескончаемые приходы фискалов. Хотя формально до 2017 года установлены ограничения на проверки бизнеса с оборотом до 20 млн гривен, ГФС это не пугает. Она находит способы встряхнуть предпринимателей. Например, покопаться в их прегрешениях, допущенных еще в 2012–2013 годах, либо запросить разрешительную документацию на тот или иной вид деятельности, сверить суммы в рамках налогового компромисса.
«Пока Министерство финансов занято реструктуризацией внешнего долга, налоговое ведомство вместо сокращения государственного регулирования изобретает его новые способы. Яркий пример 2015‑го – система электронного администрирования НДС, которая посреди года была переведена, по сути, в ручное управление. Отрицательное значение НДС по расчетам с бюджетом исчезло из системы, а потом появилось спустя какое‑то время и далеко не у всех налогоплательщиков», – констатирует управляющий партнер международной аудиторской компании PSP Audit Дмитрий Сушко.
Только IT‑рынок, как сообщил недавно первый заместитель главы ГФССергей Билан, помимо облав со стороны правоохранителей, пережил с начала этого года почти 187 налоговых проверок. И это лишь мизерная часть экономики. Что уже говорить о более крупных, бюджетообразующих отраслях, ориентированных на экспорт.
Не ждали?
Хорошо помнят о бизнесе и другие госструктуры, которые всегда отличались хроническим крохоборством. Санитарно-эпидемиологическая, пожарная, фитосанитарная и ветеринарная службы – все эти ведомства не устают вставлять палки в колеса.
«Мы поставляем свежие фрукты и овощи, и магазины при приемке товара требуют от нас целый перечень документов. Нужна ли эта цепочка телодвижений нам, сети, потребителю? Не уверен. Можно ли ее как‑то оптимизировать с точки зрения сокращения временных издержек? Можно, если очень захотеть», – комментирует директор компании «Робин Фрут» Александр Бродский.
«СЭС продолжает писать нам письма о необходимости покупать услуги по травле крыс у определенных организаций. Отбиваемся. Пожарники забрасывают постоянными уведомлениями о проверках, требованиями застраховать добровольную дружину, выполнить все невыполнимые правила. От них отбиться тяжелее: подают в суды, приходят опечатывать, поэтому иногда приходится платить, чтобы отстали на полгода», – рассказывает частный предприниматель Павел Себастьянович.
Еще больше проблем у компаний, которые занимаются недвижимостью, внешнеэкономической деятельностью, производством. На них давят не только фискалы, но и неподъемная структура Государственной архитектурно‑строительной инспекции, их душат нормы валютного регулирования, стандартизации и сертификации.
Читайте также: Мифы НБУ: о чем говорят цифры, которые публикует Нацбанк
Готовы потерпеть
Хотя положительные изменения для бизнеса на фоне оставшихся проблем меркнут, игнорировать их нельзя. «Успешно запущены сервисы единого окна, электронной подачи документов, открытые списки», – перечисляет директор сувенирной фабрики «Ленточка» Максим Рудницкий.
Один за другим открываются разнообразные государственные реестры, которые избавляют от необходимости толкаться по кабинетам чиновников, позволяют получать всевозможные справки и выписки в режиме онлайн.«Применение экстерриториального принципа при регистрации недвижимости и юридических лиц сократило очереди. А некоторые документы от государственных органов можно получить в электронном виде за считаные минуты», – приводит пример партнер адвокатской фирмы GORO legal Дмитрий Овсий. Только вот большинство этих процедур системно на бизнес не влияют и касаются его эпизодически. В то время как более животрепещущие проблемы остаются нерешенными. «Процедура ликвидации как была сложной, так и осталась. Зарегистрировать компанию по силам за три дня, а ликвидировать можно годами», – констатирует управляющий партнер консалтинговой компании ACA Bureau Елена Пешкова.
Впрочем, у правительства еще есть небольшой временной зазор. И многое зависит от налоговой реформы, успешность которой жестко завязана на дерегуляции. Кроме того, упрощения условий для ведения бизнеса уже не первый год требует МВФ. Но одно дело – показывать красивые цифры, и совсем другое – реальные изменения. Увы, со вторым у реформаторов пока что проблемы.
