Помянем дом на Почтовой

«Газета…» организовала виртуальный митинг памяти и гнева на нашем сайте mycityua.com.

Технология, когда старые здания сносят «под застройку», предусмотрительно доведя их до состояния трущоб, не дает сбоев. Всегда можно сослаться на «восстановлению не подлежит», посмеяться над защитниками «развалин», а себя выставить сторонниками прогресса – и широкая общественность смолчит. Но в ночь на 30 декабря ушедшего года жадные дикари поспешили. Дом на ул. Сагайдачного, 1б, не был развалиной: построенный в 1909 году архитектором Николаем Казанским, он мог украшать Почтовую площадь еще не один век. Гармонично вписывающийся в местность (и вполне пригодный для жилья), входящий в историко-архитектурный заповедник «Стародавній Київ», он был полон киевского духа. Давайте же вспомним, чего именно нас лишили – и пусть принцип «чего глаз не видит, того сердцу не жаль» больше не делает нас безучастными наблюдателями коммерческого вандализма.

1980

2001

2010

2011

Будущее?

Как это было

Отец особнячка определял архитектурное лицо всего Киева

Создатель варварски уничтоженного здания архитектор Николай Казанский был сыном священника из старинного русского города Углича. Николай Николаевич окончил Московское училище живописи, ваяния и зодчества, учился в Петербургской Академии художеств. В 1890-м он поселился в Киеве, где нашел себе много работы по специальности. Архитектор прочно обосновался здесь, приобрел недвижимость, в частности усадьбу у подножия Владимирского (в то время Александровского) спуска, завел семью. К слову, его жена Зинаида Красник была внучкой другого киевского архитектора, военного инженера-строителя Ивана Антонова, чей дом находился неподалеку.

Среди осуществленных проектов зодчего Казанского было немало крупных доходных домов на центральных улицах Киева, в том числе и на Подоле. Не забывал он и о своем происхождении – к примеру, участвовал в возведении Покровской церкви на Приорке (нынешний Мостицкий массив). Храм был оформлен в «русском стиле», наподобие московско-ярославского зодчества XVI–XVII столетий. Это был излюбленный стиль Казанского при проектировании общественных зданий (для проектов жилых домов он чаще использовал стиль «ренессанс»).

Николай Николаевич занимал в городе видное положение. С 1896 года он являлся членом Киевской городской управы и по нынешним понятиям, он состоял в должности главного архитектора Киева. На исходе позапрошлого столетия, в разгар «строительной лихорадки», без его подписи в городе не мог быть реализован ни один архитектурный проект. В качестве представителя муниципальных властей Казанский участвовал в строительстве городского театра – нынешней Национальной оперы им. Шевченко.

Получая немалые деньги по управской должности и за проектирование, Николай Казанский смог обновить застройку собственной усадьбы на Александровском спуске. В течение 1890-х годов он выстроил здания, которые не уцелели к нашему времени – крупный двухэтажный дом по фронту участка и кирпичный флигель под горой, украшенный шатровой башенкой. Часть помещений в своих домах занимал сам Казанский, часть сдавалась в аренду под жилье и магазины. Свою недвижимость архитектор заложил на выгодных условиях по долгосрочной ссуде в Киевском кредитном обществе.

Но в 1901 году в Киеве начался спад строительной деятельности, вызванный кризисом. А в 1902-м Николай Казанский расстался с местом в городской управе. Его дела пошатнулись. В начале 1905 года он не смог внести ежегодные проценты за кредит, и вскоре его усадьба была продана с публичного торга. Правда, ее купила на свое имя жена архитектора – Зинаида Казанская, так что участок фактически остался в прежних руках.

Осенью того же 1905 года Казанских постигла еще более крупная неприятность. Пласт земли, сползший с Владимирской горы, засыпал значительную часть усадьбы. Лицевое здание потребовало ремонта, а флигель был полностью разрушен.

Однако архитектор не сдался под ударами судьбы, и к 1909 году ему удалось настолько поправить свои дела, что он взялся за новое строительство. В глубине усадьбы был возведен трехэтажный каменный флигель на мощном фундаменте. Учитывая горький опыт, домовладелец устроил со стороны сада железобетонную подпорную стену. Над флигелем возвышалась башенка с двумя жилыми комнатами. Кирпичные украшения и оригинальный силуэт завершений придали зданию нарядный вид.

После смерти Николая Казанского в 1914 году (похоронили 56-летнего архитектора на Байковом кладбище) владелицей усадьбы вплоть до советского времени оставалась его вдова. В дальнейшем здешние постройки по-прежнему эксплуатировались как жилые; на первом этаже лицевого дома находились магазины, позже – зубопротезная мастерская.
В 1969 году «Киевметрострой» указал городским властям на необходимость сноса лицевого дома №1 для строительства трассы метрополитена открытым способом. К началу 1970-х фронт участка был освобожден от застройки. Флигель, однако, сохранился. Вплоть до конца 1980-х годов его использовали как жилой, затем поставили на капремонт. Одно время этот дом прочили под музей электротранспорта – ведь напротив, всего в 50 метрах, проходила линия первого во всей Восточной Европе электрического трамвая, но победила коммерция…

Все отказывались – подписывать, строить, – но дом снесли

Галина Козюра, член городского общества охраны памятников, уточняет, что дом на ул. Сагайдачного, 1, входил лишь в реестр памятников местного значения. Почему? Это отдельный вопрос.

«Все памятники, которые были включены в реестр после перестройки, идут под грифом «местного значения». А до перестройки этот дом не был включен в госреестр по идеологическим причинам. Здание было выполнено в стиле конструктивизма, а этот стиль считался буржуазным течением», – объясняет Галина Иосифовна.

О том, что дом исключен из реестра памятников даже местного значения, Галина Козюра узнала на заседании городского общества памятников архитектуры.

– Раньше мы собирались раз в две-три недели, но во время кризиса заседания стали редкостью. Их не было все лето, а вот осенью неожиданно всех собрали опять. На повестке стоял только один вопрос: о проекте админздания по ул. Петра Сагайдачного, 1. Там нам и сообщили, что дом исключен из числа памятников. Когда – не уточнили, но сказали: «На недавнем заседании комитета по охране памятников». Комитет – официальная организация, которая создается при КГГА. Ее возглавляет начальник ГУ по охране культурного наследия, в состав комитета входят также все его замы, несколько искусствоведов и архитекторов. Я тоже являюсь членом этого комитета. Но при мне этот вопрос не рассматривался.

Когда проводилось заседание комитета по этому вопросу и проводилось ли вообще, Галина Козюра не знает. Но уверяет, что арестованный в начале сентября Руслан Кухаренко не мог подписать постановление об исключении здания из реестра памятников. «Он был категорически против, даже не хотел рассматривать этот вопрос на комитете», – говорит она.

Может, поэтому строптивый чиновник и попался на «служебной халатности»?

Удивила Галину Иосифовну и реакция членов совета по охране памятников на предложение согласовать проект админздания на Сагайдачного, 1. По ее словам, все высказались… «за». Против был только один голос – ее собственный.

– Говорила я и с автором проекта, Юрием Бородкиным, – вспоминает Галина Иосифовна. – Он сказал, что предлагал построить на этом месте два 4-этажных здания, но такой проект не устроил заказчика, и он переделал работу. Объяснил, что у него работают люди, и он должен думать о них. Но я разговаривала и с другим уважаемым архитектором из солидной организации. Он говорил, что ему тоже предлагали взяться за эту работу. Он просто отказался.

Слово жильцу

Поэт и журналист Анатолий Лемыш: «С этого дома начинался Подол»

Анатолий Лемыш жил в доме на ул. Сагайдачного, 1, с 1977 по 1981 год. Он – коренной киевлянин и подолянин – уверяет, что по-настоящему чувствовать Подол начал только здесь. «Именно с этого дома у меня начался большой цикл стихотворений и песен о Киеве», – говорит Анатолий Владимирович. Он вспоминает, что у загубленного здания была чрезвычайно сильная энергетика: в него влюблялись буквально с первого посещения.

– Для меня уничтожение этого особняка – это боль. С него начинался Подол. Ведь если спускаться с Крещатика, он самым первым попадался на глаза. И дух Подола жил в этом доме.

Всего в этом доме было 16 квартир. Я жил здесь на самом последнем, четвертом этаже, в «голубятне», как я ее называл. Там была комната на 10 метров, кухня на три метра и прихожая – метр. Не было даже туалета – мы пользовались тем, что находился в подвале, в отсе ленной квартире. Зато в этой «голубятне» были окно во всю стену и огромный балкон, опоясывающий всю квартиру, с которого открывался чудный вид на Днепр. В этой квартире собирались лучшие киевские поэты и барды – Илья Ченцов, Дмитрий Кимельфельд, Владимир Каденко. У нас проходили литературные и музыкальные салоны и просто посиделки. А поскольку в комнате было тесно, концерты мы часто устраивали на широком балконе. Из-за горы там была великолепная акустика. Люди, которые прогуливались по Подолу, останавливались и кричали нам «Браво».

Вообще, это был таинственный дом. В квартире на первом этаже, о которой я уже говорил, до отселения жила пожилая пара. Я знаю, что им долго предлагали переехать оттуда, но они не соглашались. А однажды они пропали. Куда – никто выяснять не стал, дело быстренько закрыли, и все. А квартира эта была весьма непростая. Она уходила куда-то глубоко в гору, но мне не удалось выяснить, насколько глубоко.

Я уехал из этого дома в 1981 году, а в конце 80-х отселили и остальных жильцов. Большинство из них были пожилыми, можно сказать, это был дом стариков.

В начале 90-х дом начали основательно ремонтировать. Я как-то пробрался в таинственную квартиру на первом этаже – ее уже изолировали от горы, сделали евроремонт. Из части горы сделали гаражи. Все, что раньше было моей коробкой, вошло в состав новой надстройки. Точнее, она стала прихожей перед этой мансардой. Все было сделано очень качественно, и я только радовался, как отремонтировали мой любимый дом.

Есть версия

Снос дома не обошелся без Хорошковского?

«Украинская правда» полагает, что отношение к снесенному дому имел нынешний глава СБУ Валерий Хорошковский. Журналист издания Сергей Лещенко вспоминает, что в 2005 году брал интервью у Хорошковского именно в доме на Сагайдачного, 1. Очевидцы, найденные «Газетой», вспоминают, что в 2004 году именно в этом здании были офисы Хорошковского, а он сам, будучи членом Народно-демократической партии, сдавал партийные взносы в этом доме и не раз в нем проходили встречи с руководством партии.

«След Хорошковского», по данным «УП», есть и в ООО «Ситко-Подол-Киев», которому в 2000 году по решению Киевсовета продали участок. Издание выяснило, что акционерами этого предприятия являются фирма Sitco AG, зарегистрированная в швейцарском городе Лугано, и фирма «Бови», зарегистрированная в Печерском районе Киева. Упоминание о последней имеется в официальной биографии Валерия Хорошковского, помещенной на сайте СБУ. Там, в частности, говорится, что в 1994–1997 годах он занимал должность президента фирмы «Бови».

ПРИХОДИТЕ НА ВИРТУАЛЬНЫЙ И РЕАЛЬНЫЙ МИТИНГ в защиту старого Киева

Бессовестное уничтожение старинного особняка по ул. Сагайдачного, о котором писала «Газета…», глубоко возмутило сотрудников редакции. Памятник архитектуры, увы, не вернуть, но та же участь может ожидать еще с десяток дорогих киевлянам сооружений.

Мы решили организовать виртуальный митинг в защиту Города. Вы можете написать любой лозунг и сфотографируйтесь с ним.

Как добавить свой снимок на митинг:

– прислать его по адресу gazetapk@gmail.com
– прислать ссылку на снимок, размещенный у себя в блоге, по этому же адресу
– разместить в твиттере ссылку на фото, направив сообщение аккаунту @po_kievski
– прислать в аську на номер 216095581 или в скайп igadzinka

Все фотографии будут опубликованы на специальной странице нашего сайта – //mycityua.com

Завтра, 10 января, в 18.00 пройдет акция защиты «Замка Барона» на ул. Ярославов Вал, 1. Он также находится в «черном списке» домов.

Михаил КАЛЬНИЦКИЙ, Александра РОМАНЮК, Елена МАКОВЕЦ, Николай ПОЛИЩУК, фото из архива Михаила КАЛЬНИЦКОГО