Проживание с квартирантами – нелегкий хлеб, уверяют киевляне, сдающие комнаты внаем
"Сдам комнату" – такое объявление, наверное, является одним из самых распространенных в столице Украины.
Киев – город, в котором живет, по разным подсчетам, более миллиона приезжих, а поэтому и неудивительно, что многие горожане воспользовались шансом несколько пополнить свой бюджет, а именно – сдать внаем если не квартиру, то хотя бы комнату. Но при этом сдача комнаты внаймы – это отнюдь не такое легкое дело, как может показаться. Да, на первый взгляд, все выглядит просто: повесь на одной из комнат замок, запусти туда несколько квартирантов и раз в месяц получай небольшой, но гарантированный доход. Но на самом деле сдача комнаты – это испытание для ее хозяев, чей дом уже напоминает не столько "крепость", сколько общежитие. В квартире поселяется чужой дух. Из кухни доносятся чужие запахи. На вешалках в ванной висят чужие полотенца. Вообще, насколько легко уживаются киевляне с приезжими под одной крышей?
Съем "покроватно" и "подиванно"
И вот мы сидим в трехкомнатной квартире у Анатолия, сорокалетнего киевлянина, в обычной киевской панельной девятиэтажке. Сам хозяин когда-то жил с того, что снимал и сдавал квартиры. Но время таких заработков прошло, приходится перебиваться случайными подработками, да вот еще выручает выданная советской властью квартира – настоящее по нынешним временам сокровище. В двух комнатах которой проживает собственно хозяин со своей сестрой, а еще одна уже с десяток лет сдается гостям нашего города... И не только комната. Для проживания здесь используется любой свободный клочок жилищной площади. В прихожей тоже стоит неновая уже кровать, на которой явно сегодня кто-то ночевал. На кровати лежат какие-то авоськи. Снизу под кроватью отдыхают чьи-то изрядно поношенные носки.
– А здесь живет наш подселенец, – своим странным сленгом говорит Анатолий, – человек, который приезжает сюда время от времени.
Объясняет, что есть люди, которые снимают комнату при условии, что к ним никто не будет подселен. В основном, такие условия выдвигают молодые семьи, реже – одинокие молодые люди. В таком случае на сегодняшний день снять комнату по фиксированным ценам одному квартиранту обойдется долларов в сто семьдесят-двести, двум – в двести-двести двадцать. Но, как правило, квартирант платит за кровать, и цена эта приблизительно триста гривен. Но при этом без нареканий на то, что к тебе вполне могут кого-нибудь при этом подселить. "Даже если это кровать, размещенная в коридоре?" – интересуемся мы. "Даже, если в проходной комнате, сумма одинакова", – уверяет хозяин квартиры, и в его голосе слышатся жесткие металлические нотки. Вообще, говорит Анатолий, в Киеве сейчас можно сдавать жилье даже не "покроватно", а один диван на двоих человек. На такие предложения, как правило, отзываются девушки. Юноши идею о совместном диване отвергают с порога. Такое вот неравенство.
Квартира европейского города
"Левые" жильцы, разумеется, никоим образом не красят квартиру. Вряд ли они заинтересованы в том, чтобы приводить здесь хотя бы что-нибудь в порядок. Да и хозяева не очень напрягаются что-то ремонтировать, пока в квартире живут чужие люди. И в этом взаимном нежелании изменять что-то к лучшему, видимо, и кроется причина того, что квартира внаем так похожа на обычную старорежимную коммуналку, со всеми ее атрибутами, вроде старой мебели или порванного линолеума. Не раз залитой молоком газовой плитой. Забитыми барахлом антресолями. Протекающим краном в ванной и почему-то аж тремя холодильниками на кухне с разбитым окном. Оттуда же из кухни в комнату мимо нас проплывает квартирантка Галя, неся в руках сковородку с яичницей-глазуньей.
Впрочем, Галя, тридцатилетняя жительница Черниговской области, привыкла к трудностям. Что в селе было невесело, что здесь в городе, где она с мужем работает на одном из тех заводов, на которые киевлян заманить никоим образом невозможно. Живут здесь уже два года. Обстановка, конечно, нерадостна, но все возможные альтернативы – только хуже.
– Можно ли сказать, что вы живете с хозяевами квартиры единой дружной семьей? – спрашиваю я.
– Скорее тремя дружными семьями, – говорит Галя, – ведь нас здесь на комнату две семьи, плюс еще и семья хозяев... А "подселенец" не в счет.
И снова мне очень трудно избавиться от ощущения, что я нахожусь в обычной коммуналке. Хотя ни у кого нет особых претензий друг к другу, наоборот, все с пониманием относятся к тяжелой судьбе, которая засунула этих людей в квартиру на левом берегу, как в рукавичку из детской сказки. Проживающие в квартире создали даже график пользования кухней, да и ванную занимают по расписанию, но не это главное. Самая большая трудность в нашем случае – гости. Которые приезжают из села к тем родственникам, которым удалось хоть даже таким вот ненадежным образом заякориться в Киеве. При таких визитах хозяин квартиры самым серьезным образом стает на пороге своих владений и не пускает их дальше того коридора, где спит "подселенец". При упоминании о гостях Галина с Анатолием заметно повышают тон, отстаивая свою точку зрения. А Галя, разумеется, отстаивает свое право приводить знакомых в оплаченную квартиру.
– А что же делать, если люди по старой сельской привычке приезжают целыми огромными семьями, всю ночь едят и пьют? – вдруг просто взрывается Анатолий. – А потом спят вповалку на полу... А ведь мы же – европейский город!
Как избавиться от квартиранта
Где может жить приехавший в Киев обычный работяга? Надо сказать, что судьба ему не дает особого выбора. Он может прописаться, например, в строительных бараках. В армейских палатках за городом. В рабочих бытовках. Еще популярно сдавать квартиры мастерам-шабашникам "за ремонт", когда приезжие расплачиваются ремонтом квартиры, в которой живут. Правда, никто не гарантирует качество подобных работ. Или то, что мастера не замуруют где-нибудь в стену протухлое яйцо: плата приезжего "заробитчанина" жадному киевлянину. Но, конечно, в комнате лучше.
Взять к себе квартиранта – это палка о двух концах. На практике сплошь и рядом встречаются плохие квартиранты. Есть, например, такие, которые под разными предлогами стараются не платить. А еще те, которые злостно нарушают правила "социалистического общежития". Например, устраивают пьяные дебоши. Кстати, разбитое окно в квартире Анатолия – следы проживания одного такого пансионера. На практике оказывается, что избавиться от нерадивого жильца бывает не менее сложно, чем выковырять, например, улитку из раковины. Но у квартиросдатчиков есть на этот случай арсенал приемов. Да, квартирант может устроить своему хозяину "веселую жизнь", но у хозяина таких возможностей еще больше. В конце концов, дома хозяин бывает чаще, чем гость. И поэтому вещи жильца в любой момент могут оказаться заложниками в его руках. А дальше все происходит, как в легендарной истории о "вороньей слободке"
– Их можно выставить в коридор, – со знанием дела говорит Анатолий, – а можно просто выбросить в окно. Алгоритм действий зависит от вредности квартиранта. Еще хороший способ – вызвать милицию и с ее помощью изъять нежелательного жильца из комнаты. Можно поменять замки, но я не слышал, чтобы у кого-то ситуация оказывалась запущенной до такого плачевного состояния.
Последнее, что меня интересует, как относятся соседи к тому, что рядом с ними поселились незнакомые люди? "Абсолютно нормально", – уверяет Анатолий. В этом доме жильцы – люди небогатые, у многих самих живут квартиранты, если не с улицы, то во всяком случае родственники и знакомые. Ведь понятно, что в городе, где количество приезжих измеряется сотнями тысяч, квартирантство – вещь более, чем распространенная...
Николай Полищук
Съем "покроватно" и "подиванно"
И вот мы сидим в трехкомнатной квартире у Анатолия, сорокалетнего киевлянина, в обычной киевской панельной девятиэтажке. Сам хозяин когда-то жил с того, что снимал и сдавал квартиры. Но время таких заработков прошло, приходится перебиваться случайными подработками, да вот еще выручает выданная советской властью квартира – настоящее по нынешним временам сокровище. В двух комнатах которой проживает собственно хозяин со своей сестрой, а еще одна уже с десяток лет сдается гостям нашего города... И не только комната. Для проживания здесь используется любой свободный клочок жилищной площади. В прихожей тоже стоит неновая уже кровать, на которой явно сегодня кто-то ночевал. На кровати лежат какие-то авоськи. Снизу под кроватью отдыхают чьи-то изрядно поношенные носки.
– А здесь живет наш подселенец, – своим странным сленгом говорит Анатолий, – человек, который приезжает сюда время от времени.
Объясняет, что есть люди, которые снимают комнату при условии, что к ним никто не будет подселен. В основном, такие условия выдвигают молодые семьи, реже – одинокие молодые люди. В таком случае на сегодняшний день снять комнату по фиксированным ценам одному квартиранту обойдется долларов в сто семьдесят-двести, двум – в двести-двести двадцать. Но, как правило, квартирант платит за кровать, и цена эта приблизительно триста гривен. Но при этом без нареканий на то, что к тебе вполне могут кого-нибудь при этом подселить. "Даже если это кровать, размещенная в коридоре?" – интересуемся мы. "Даже, если в проходной комнате, сумма одинакова", – уверяет хозяин квартиры, и в его голосе слышатся жесткие металлические нотки. Вообще, говорит Анатолий, в Киеве сейчас можно сдавать жилье даже не "покроватно", а один диван на двоих человек. На такие предложения, как правило, отзываются девушки. Юноши идею о совместном диване отвергают с порога. Такое вот неравенство.
Квартира европейского города
"Левые" жильцы, разумеется, никоим образом не красят квартиру. Вряд ли они заинтересованы в том, чтобы приводить здесь хотя бы что-нибудь в порядок. Да и хозяева не очень напрягаются что-то ремонтировать, пока в квартире живут чужие люди. И в этом взаимном нежелании изменять что-то к лучшему, видимо, и кроется причина того, что квартира внаем так похожа на обычную старорежимную коммуналку, со всеми ее атрибутами, вроде старой мебели или порванного линолеума. Не раз залитой молоком газовой плитой. Забитыми барахлом антресолями. Протекающим краном в ванной и почему-то аж тремя холодильниками на кухне с разбитым окном. Оттуда же из кухни в комнату мимо нас проплывает квартирантка Галя, неся в руках сковородку с яичницей-глазуньей.
Впрочем, Галя, тридцатилетняя жительница Черниговской области, привыкла к трудностям. Что в селе было невесело, что здесь в городе, где она с мужем работает на одном из тех заводов, на которые киевлян заманить никоим образом невозможно. Живут здесь уже два года. Обстановка, конечно, нерадостна, но все возможные альтернативы – только хуже.
– Можно ли сказать, что вы живете с хозяевами квартиры единой дружной семьей? – спрашиваю я.
– Скорее тремя дружными семьями, – говорит Галя, – ведь нас здесь на комнату две семьи, плюс еще и семья хозяев... А "подселенец" не в счет.
И снова мне очень трудно избавиться от ощущения, что я нахожусь в обычной коммуналке. Хотя ни у кого нет особых претензий друг к другу, наоборот, все с пониманием относятся к тяжелой судьбе, которая засунула этих людей в квартиру на левом берегу, как в рукавичку из детской сказки. Проживающие в квартире создали даже график пользования кухней, да и ванную занимают по расписанию, но не это главное. Самая большая трудность в нашем случае – гости. Которые приезжают из села к тем родственникам, которым удалось хоть даже таким вот ненадежным образом заякориться в Киеве. При таких визитах хозяин квартиры самым серьезным образом стает на пороге своих владений и не пускает их дальше того коридора, где спит "подселенец". При упоминании о гостях Галина с Анатолием заметно повышают тон, отстаивая свою точку зрения. А Галя, разумеется, отстаивает свое право приводить знакомых в оплаченную квартиру.
– А что же делать, если люди по старой сельской привычке приезжают целыми огромными семьями, всю ночь едят и пьют? – вдруг просто взрывается Анатолий. – А потом спят вповалку на полу... А ведь мы же – европейский город!
Как избавиться от квартиранта
Где может жить приехавший в Киев обычный работяга? Надо сказать, что судьба ему не дает особого выбора. Он может прописаться, например, в строительных бараках. В армейских палатках за городом. В рабочих бытовках. Еще популярно сдавать квартиры мастерам-шабашникам "за ремонт", когда приезжие расплачиваются ремонтом квартиры, в которой живут. Правда, никто не гарантирует качество подобных работ. Или то, что мастера не замуруют где-нибудь в стену протухлое яйцо: плата приезжего "заробитчанина" жадному киевлянину. Но, конечно, в комнате лучше.
Взять к себе квартиранта – это палка о двух концах. На практике сплошь и рядом встречаются плохие квартиранты. Есть, например, такие, которые под разными предлогами стараются не платить. А еще те, которые злостно нарушают правила "социалистического общежития". Например, устраивают пьяные дебоши. Кстати, разбитое окно в квартире Анатолия – следы проживания одного такого пансионера. На практике оказывается, что избавиться от нерадивого жильца бывает не менее сложно, чем выковырять, например, улитку из раковины. Но у квартиросдатчиков есть на этот случай арсенал приемов. Да, квартирант может устроить своему хозяину "веселую жизнь", но у хозяина таких возможностей еще больше. В конце концов, дома хозяин бывает чаще, чем гость. И поэтому вещи жильца в любой момент могут оказаться заложниками в его руках. А дальше все происходит, как в легендарной истории о "вороньей слободке"
– Их можно выставить в коридор, – со знанием дела говорит Анатолий, – а можно просто выбросить в окно. Алгоритм действий зависит от вредности квартиранта. Еще хороший способ – вызвать милицию и с ее помощью изъять нежелательного жильца из комнаты. Можно поменять замки, но я не слышал, чтобы у кого-то ситуация оказывалась запущенной до такого плачевного состояния.
Последнее, что меня интересует, как относятся соседи к тому, что рядом с ними поселились незнакомые люди? "Абсолютно нормально", – уверяет Анатолий. В этом доме жильцы – люди небогатые, у многих самих живут квартиранты, если не с улицы, то во всяком случае родственники и знакомые. Ведь понятно, что в городе, где количество приезжих измеряется сотнями тысяч, квартирантство – вещь более, чем распространенная...
Николай Полищук
