Земли и... закона

При этом не столько руками правоохранителей, сколько силами самих бандитов, которые не могли поделить того, что им, как кость раздора, бросила власть. Решение «бандитской» проблемы в автономии восприняли с радостью и надеждой, что одним препятствием для увеличения потока отдыхающих стало меньше. Ведь, как известно, сезон весь Крым кормит. Но на смену бандитским разборкам пришла проблема, с которой намного сложнее справиться, ибо корни ее лежат в области межнациональных отношений.

 

Вернувшиеся на свою родину крымские татары, получив то скудное, что смогла дать им власть, большого недовольства сначала не выказывали. Даже наоборот, эйфория от того, что они вновь живут на земле своих отцов, казалось, не пройдет у них никогда. Да не тут-то было. Многие из тех татар, которые получили землю в степной части Крыма (там, где, кстати, и жили их предки из татар-степняков), вдруг осознали, что для зарабатывания денег прибрежные территории намного привлекательнее. Кроме того, примеров, как «на шару» можно отхватить ценный, поистине золотой кусок земли на ЮБК, хватало: отечественное чиновничество, плюнув на все законы о санитарных и рекреационных зонах, дерибанило побережье, как хотело. «А чем мы, коренные жители полуострова, хуже?» — подумали татары из степного Крыма и начали свой поход на побережье. От провластного захвата земельных участков путем «подмахивания» нужных бумаг самозахваты крымских татар отличались лишь лозунгом: «Земля — для жилья!». Лозунг этот соответствовал лишь малой толике того земельного беспредела, который наблюдается в автономии.

 

Операция «Алушта»

 

Этот случай выпадает из общей картины, так как носит чисто криминальный характер и в то же время показывает беззубость местной власти, ее полную некомпетентность.

 

Суть дела в следующем. В феврале этого года 17 семей крымских татар, срезав автогеном металлические двери и решетки на балконах, заселились в квартиры в доме №20 по улице Юбилейной, которые с 1996 года имеют своих законных владельцев. Более того, именно на деньги этих людей и был построен данный дом. Вот только хозяева квартир — киевляне, а не жители Алушты.

 

Виталий Хижняк, житель столицы, которому соседи сообщили о захвате его квартиры, так описывает свою встречу с «захватчиками»: «Захожу. Металлические двери вскрыты автогеном. Замка нет. На моем диване лежит какой-то человек и смотрит мой телевизор. В моем холодильнике лежат чужие продукты. Говорю: это моя квартира, что вы здесь делаете? Отвечают: была ваша — стала наша. Ордер вам давала старая власть, а теперь власть поменялась. Уходите… Дальше пошли в ход угрозы».

 

Пострадавшие обращались с письмами, жалобами, требованиями и в алуштинскую милицию, и к властям автономии, и к премьеру, и к Президенту Украины. Результат — полный ноль. И это при том, что известны фамилии и «захватчиков», и тех, кто подстрекал людей на преступление. (Отмечу, что практически все «захватчики» имеют земельные наделы в селе Изобильном, что под Алуштой. — Авт.) Власти на беспредел не реагируют! Более того, когда Хижняк обратился к главе меджлиса крымскотатарского народа, народному депутату Мустафе Джамилеву с просьбой помочь в разрешении конфликта, то в ответ услышал отказ в довольно-таки странной форме. Приводим выдержку из их телефонного разговора.

 

«Хижняк: Г-н Джамилев, что же мне делать? Никто в городе не реагирует на это преступление. Мне что, из Киева людей везти, чтобы вернуть свою собственность?

 

Джамилев: Сколько ни вези — мы соберем больше».

 

Комментарии, как говорится, излишни. Хотя они могли бы быть, займи киевскую квартиру Джамилева кто-то из малообеспеченных киевлян.

 

Судакский излом

 

Набирает силу и земельная проблема, которая сегодня остро стоит еще в одном крымском городе — Судаке.

 

Все дело в том, что еще три года назад крымские татары, опять же под лозунгом «Земля — под дом!» захватили около 20 гектаров городской прибрежной территории, на которой, кстати, никто и никогда не селился, так как участок считается опасным из-за возможных наводнений. (На картине Айвазовского «Наводнение в Судаке» изображено именно это место.) Тогда власти на самозахват реагировали вяло: главное — мир и дружба. А вот татары, которые не купили, а захватили там участки, вместо жилья вовсю строят мини-гостиницы.

 

Три года многонациональный и законопослушный Судак реагировал на это лишь тихим матюком в адрес «захватчиков» в узкой компании и под пиво. В этом году местные русские, украинские, греческие, армянские и немецкие общины решили, что так дальше жить нельзя и… захватили 24 гектара земли вблизи Капсельской долины, что в трех километрах от Судака и в 500 метрах от моря.

 

То есть войны между татарами и славянами нет, да и не будет (никто не хочет срывать сезон. — Авт.). А вот попинать закон и местную власть уже под лозунгом «Чем мы хуже татар. Им можно, а нам нет?» решила уже и нетатарская часть коренных крымчан.

 

А что власть? По-прежнему молчит. Новые «захватчики» надеются, что местные власти в конце концов узаконят их новые землевладения. Все-таки волеизъявление народа, можно и законы переписать…

 

А то, что землю взяли, а не купили, так «татары ведь тоже взяли»…

 

Свиньи на кладбище

 

А вот и еще один межнациональный скандал, замешанный на земельном конфликте. Его эпицентр — древнее крымскотатарское село Черкез-Кермен. История этого конфликта берет свое начало в 1960-х годах, когда поселение с многовековой историей, название которого упоминается во множестве исторических документов, было до основания разрушено советской властью. Все жители села, основную массу которых составляли крымские татары, были в 1944 году высланы сталинским режимом вместе с остальными соотечественниками в Среднюю Азию и на Урал. После депортации село было переименовано в Крепкое, однако позже его признали неперспективным и бросили на произвол судьбы, а в 1960-е годы Черкез-Кермен окончательно разграбили, сровняли с землей жилые дома, школу, мечеть, снесли три кладбища. С тех пор на этом месте долгие годы был пустырь.

 

В 1990-х годах, когда в Крым начали массово возвращаться крымские татары, более 500 уроженцев Черкез-Кермена и их потомков высказали желание восстановить разрушенное село, для чего подали в Красномакский сельсовет Бахчисарайского района, к которому ныне относится территория села, заявления с просьбой о выделении земельных участков под строительство индивидуального жилья. Однако решить проблему в правовом порядке не удалось — руководство сельсовета на заявления ответило отказом, а в 2002 году и вовсе без всякой огласки передало всю территорию бывшего села (около 12 га) в частную собственность одному (!) лицу — некоему «атаману Бельбекской долины», а в прошлом — члену КСП «Украина» Виталию Полонцу. И это при том, что до депортации на этой территории проживали более 150 семей, а средний пай по КСП «Украина» на одного работника по сей день составляет 0,7 га. Кроме того, Полонцу было выделено дополнительно 0,572 га из земель запаса, еще 2 га получила для ведения частного хозяйства его супруга.

 

Новый «барин», имеющий в своем распоряжении хоть и бывшее, но целое село, времени даром терять не стал. Недолго думая, он оформил государственный акт на землю, после чего огородил всю числящуюся за ним территорию забором и развернул бурную деятельность. На своем земельном участке «атаман» Полонец создал частное крестьянское хозяйство «Казачок», занимающееся разведением лошадей и свиней (напомним — все это происходит на бывших мусульманских кладбищах!), а также организовал военно-полевой лагерь по подготовке юных «казаков».

 

Сказать, что Полонцу достался лакомый кусок крымской земли — это не сказать ничего. Дело в том, что большая часть участка находится в охранной зоне и зоне регулируемой застройки памятника национального значения — средневекового городища Эски-Кермен, расположенного неподалеку от бывшего татарского села. Что и подтвердили специалисты Республиканского комитета по охране культурного наследия АРК, к которым обратились за разъяснением уроженцы Черкез-Кермена. «Охранники памятников» признали, что земельный участок был выдан частному лицу с нарушением законодательства Украины. «Согласно статье 12 Закона Украины «Об охране культурного наследия», Полонец обязан обеспечить свободный доступ для экскурсионного посещения к граничащим с его участком объектам культурного наследия — пещерной церкви Донаторов и первобытным стоянкам Замиль Коба I, Замиль Коба II, — отметили в своем заключении специалисты Рескомитета. — Учитывая то, что на территории участка В. Полонца ранее находились с. Черкез-Кермен (Крепкое), мусульманское кладбище, кладбище немецких военнослужащих периода Второй мировой войны, не являющиеся объектами культурного наследия, ему также целесообразно обеспечить к ним беспрепятственный доступ».

 

Но «атаман-латифундист» на все это, как говорится, чихать хотел…

=

Вместо эпилога

 

Ситуаций, аналогичных описанным выше, в Крыму более чем достаточно. Существует огромная масса таких же запутанных и годами не решаемых проблем и с возвращением культовых объектов, ранее принадлежавших мусульманским религиозным общинам, и со случаями самозахвата земли.

 

Так что экзамены для нового крымского премьера Анатолия Матвиенко начинаются. Добро пожаловать в Крым, Анатолий Сергеевич! Добро пожаловать в безвластие, г-н Матвиенко!