Госземагентство: незаконные постройки могут быть снесены

Вопрос: До назначения в Госагентство земельных ресурсов вы работали в руководстве государственного концерна «Укрсадвинпром». Тяжело ли было перестроиться на работу с землей?

 

Ответ: Садоводство и виноделие, конечно, связаны с землей, и понятно, нельзя всем этим заниматься, если не будешь уверен, что земля будет в твоем распоряжении хотя бы десять лет на правах аренды. Развитие такого хозяйства тесно переплетается с принципами землеустройства. Так что в земле пришлось разобраться раньше.

 

В: Какие планы Госземагентства на этот год?

 

О: Правительство утвердило приоритетные направления в сфере земельных отношений. Это в первую очередь создание нормативно-законодательной базы для проведения земельных аукционов. Как вы знаете, земли несельскохозяйственного назначения будут продаваться только через аукционы. Мы должны эти земельные участки подготовить.

 

Также в начале года на заседании СНБО по земельным вопросам агентству определили основные направления. Это размежевание земель государственной и коммунальной собственности, инвентаризация существующих земель, их денежная оценка, соответствующая реальной стоимости, а также создание электронной системы земельного кадастра.

 

В: Как будет оцениваться земля, чтобы избежать занижения ее реальной стоимости? Особенно это касается объектов приватизации, которые будут продаваться с землей несельскохозяйственного назначения.

 

О: Мы знаем, что оценка земли проводилась достаточно давно и ее стоимость очень низкая. А с этой цифрой связаны поступления в местные бюджеты как от аренды, так и от будущей продажи. В законе записано, что экспертно-денежная оценка должна быть не ниже рыночной, т.е. не дешевле той земли, которая уже была продана на торгах в каждом конкретном месте. Создана специальная рабочая группа, которая занимается этим вопросом.

 

В: Если сотка земли в столице в районе Петровки, где стоит завод «Маяк», стоит $60 тыс., то агентство будет сравнивать при оценке с этой цифрой?

 

О: Да. Если уже есть прецедент, что земля была куплена по такой цене. Если нет, то оценка проводится по действующему порядку. Тогда при продаже на аукционе стоимость (первоначальная) может вырасти в десять раз.

 

В: Представители Фонда госимущества говорили на прошлой неделе, что их не устраивает, что агентство будет оценивать землю под объектами приватизации в течение трех-четырех месяцев. Вы будете сокращать процедуру?

 

О: Нет, это будет гораздо быстрее, потому что будет идти по упрощенной системе. Все необходимые изменения внесены в законопроекты и проекты постановления Кабинета министров. Техническая документация будет изготовляться быстро и в необходимом объеме.

 

В: А какой вы видите продажу земли с аукционов? Чего нужно постараться избежать?

 

О: У нас ранее была двухэтапная система согласования. Теперь все должно быть по-другому. Если инвестор хочет тот или другой земельный участок, то он подает заявку, что будет строить: гостиницу, дом, завод или ресторан, например. А местный совет определяет, нужно ли это ему и в каком месте. И предлагает, согласно генеральному плану земельно-хозяйственного устройства, аукционное предложение вместе с техническим паспортом земельного участка. Тогда инвестор приходит на аукцион с готовыми документами и покупает его.

 

В: А как избежать злоупотреблений на аукционах?

 

О: Нужно больше прозрачности. Это должны быть реальная экспертная оценка земли и открытый для всех аукцион. Если опять начнется, что правила будут прописываться под одного или двух «своих» людей и никто не будет знать об этом аукционе, то, конечно, возникнут манипуляции. Наша задача — сделать это открыто, чтобы все оценивалось в короткие сроки, а инвесторы могли свободно на конкурентной основе купить участок и дальше работать. И тогда аукционная цена будет в несколько раз больше и будет соответствовать реальной.

 

В: Тогда нужно усилить права Госземагентства? Из него сделают комитет, как говорил президент?

 

О: Мы уже готовим постановление, как возродить комитет. Его права нужно обязательно усилить. Агентство сейчас связано по рукам и ногам, без Министерства охраны окружающей среды мы не можем ни выдать приказ, ни назначить начальника управления агентства или в территориальных органах, ни распределить обязанности заместителей, например. Мы предлагаем поднять статус опять до комитета, который был реорганизован необоснованно, и передать ему полномочия работать с Кабинетом министров напрямую. Тогда и согласование документов будет проходить быстрее.

 

В: Как вы прогнозируете, отменят ли мораторий на продажу сельхозземли в этом году?

 

О: Это зависит от принятия Верховной Радой закона «О рынке земель», «О государственном земельном кадастре». Задание агентства — чтобы после отмены моратория все дальнейшее происходило в нормативно-правовом поле. Необходимо предотвратить массовую распродажу земель сельскохозяйственного назначения. У нас 50% владельцев госактов — пенсионеры, 30% из которых не имеют наследников, а в это время действует теневой рынок земель.

 

В: Может произойти так, что после отмены моратория цена на землю в некоторых регионах упадет?

 

О: Может. Государство будет контролировать ситуацию и реагировать соответственно. При этом необходимо учитывать положительный опыт других государств.

 

В: А продажа земли иностранцам? Придет ли время, когда они смогут купить землю?

 

О: Если это наследники, то в Земельном кодексе четко прописано, что они должны будут ее продать в течение года. Более целесообразно продавать не землю, а право ее аренды. Тогда и землю сохраним, и бюджет наполним.

 

В: Когда парламент примет закон об электронном земельном кадастре, сколько понадобится времени, чтобы занести все документы в эту базу данных? Сколько нужно времени, чтобы кадастр заработал? Что-то уже делается в этом направлении?

 

О: Работа в этом направлении не прекращается ни на один день, есть соответствующее программное обеспечение, проведены презентации. Все проблемы решаются оперативно, для этого есть и кадровый, и материально-технический потенциал.

 

В: Сейчас за право вести реестр недвижимого имущества борется Минюст, а за ведение земельного кадастра — Госземагентство. Будет ли создана единая база данных?

 

О: Мировой опыт допускает сосуществование различных систем, но наиболее полной, удобной для пользователей есть все-таки единая система. При этом права граждан гарантируются государством. Международный банк реконструкции и развития, который финансирует создание этой системы, поддерживает такую позицию. И эта задача не отдельных ведомств, а государства в целом.

 

В: А что будет с сохранностью этих данных и секретностью? Получается дилемма. Данные о владении нельзя получать без согласия собственников, а по законопроекту о кадастре, госорганы могут получать данные, кто, где и чем владеет.

 

О: Информация будет защищена от несанкционированного доступа. Государственные органы смогут пользоваться той ее частью, которая необходима им для исполнения своих функций. Это прежде всего местные органы власти и самоуправления, налоговые органы и правоохранительные структуры. Доступ к базе данных будет персонифицированным, со строгой системой паролей и контроля.

 

В: А что делать с ошибками? Когда у людей на руках одни документы, а в кадастровых книгах и реально земли может быть меньше или она совпадает с чужой собственностью?

 

О: Да, ошибки могут быть. В каждом отдельном случае вопрос будет урегулирован либо по соглашению сторон, либо в судебном порядке — так, как это предусмотрено законодательством.

 

В: Как обстоят дела с размежеванием земли?

 

О: Размежевание идет достаточно слабо, кроме отсутствия финансирования на местах, нет желания его проводить. Сейчас всей землей распоряжаются местные органы власти и самоуправления, по собственному разумению и безо всяких на то оснований. После размежевания этот процесс будет под контролем государства, его ускорит проведение аукционов.

 

В: А что будет с сельхозземлей, у которой сменили целевое назначение и теперь там стоят коттеджи? При проверке могут заставить снести здания?

 

О: Если где-то есть такие нарушения, то правоохранительные органы должны разобраться и виновные понести наказание. Незаконные постройки могут быть снесены по решению суда, хотя это и сложная процедура. В каждом конкретном случае будут разбираться отдельно.

 

В: В прошлом году было несколько дел, когда документы на землю в местных советах или отделениях земельных органов горели. Как этого избежать в нынешнем?

 

О: Поэтому мы создаем автоматизированную систему земельного кадастра. Чтобы не было, что где-то что-то сожгли или уволили начальника земуправления, а он потом ушел, забрал документы на землю и ни за что не отвечает. Сейчас идут проверки, и мы пытаемся положить этому конец. И привлечь к ответственности людей, которые совершили такие нарушения.

 

В: Как вы считаете, в нашей стране реально избежать махинаций с землей?

 

О: Если не верить в это, то не нужно этим заниматься. Обычно преодолеть махинации — это тяжело, и есть большое сопротивление этому процессу, но мы все это преодолеем.