Мнение коренного киевлянина
Сегодня Киев становится все более удручающим и все менее пригодным для жизни городом. Наверное, как человек, проживший в Киеве всю свою жизнь, исключая краткие перерывы на лето, я имею право на такие суждения.
Очень хорошо помню свой родной город в разные исторические периоды и даже эпохи. Даже в самыйтрудный период начала 90-х, когда улицы были неосвещены и неубраны, Киев сохранял некую притягательность и уют. На том же неотреставрированном Майдане Незалежности была пирамида из красных каменных блоков, где ютился Ленин с рабоче-крестьянским классом. Там для всех хватало места и можно было отлично потусоваться, понаблюдать за закатом или просто почитать книгу. Сейчас же это место пригодно только для одной цели: пройти мимо и бросить любопытно-недоумевающий взгляд на высоченную колонну и груду стекла.
Теперь все чаще вспоминается эпизод, случившийся ранней осенью 1999 г. Тогда Украину и, вчастности, Киев посетили мои друзья из Германии. От моего города, где они гостили три дня, немцы были в восторге — несмотря на холодную, хоть и солнечную погоду. Конечной точкой нашей прогулки (не говорю — экскурсии, поскольку немцы наотрез отказались смотреть достопримечательности, а только обычную киевскую жизнь) стала смотровая площадка возле арки Дружбы Народов. Иностранные гости были поражены и буквально выпали в осадок от вида. После чего сказали, что в Берлине или каком-либо другом крупном немецком городе столько зелени в центре никогда не оставили бы — все пошло бы под застройку. По крайнеймере, там были бы какие угодно творения человеческих рук, но только не деревья и прочая зелень. После этого немцы отправились в круиз по Днепру до самого Черного моря.
Как-то в те смутные времена, когда стипендия была 7 грн. и могла за месяц бурно вырасти аж на 100% — до 15 грн., даже не думалось, что в Киеве в этом отношении когда-то что-то изменится. Я не буду сейчас срываться на крики о загрязненном воздухе, об уничтожении зеленых зон, об избытке машин, оккупировавших все дворы в непосредственной близости от моего дома. А также об осквернении Софиевской площади после размещения там модногонынче тусовочного центра — отеля Hyatt Rеgency. Или о бардаке на Андреевском спуске, куда теперь точно никаких гостей не сводишь. По крайней мере, никакогочувства гордости при этом испытывать не будешь.
В 1999 г. я искренне приглашал своих немецких друзей вновь посетить Киев, и они, как мне казалось, были очень даже не против. Но теперь я стыдливо помалкиваю о своем приглашении и прилагаю все усилия, чтобы немцы и не вспомнили о возможном повторном приезде в столицу Украины.
Я сознательно отношусь к тому, что людям, которые угнетают мой родной город, сложно противопоставить что-тосущественное. Но один вопрос я им все же хочу задать: зачем финансировать умерщвление и обездушевление Киева? Зачем всаживать деньги в город, из которого в ближайшем будущем придется чуть ли не убегать, сломя голову?
Андрей Уманец
Теперь все чаще вспоминается эпизод, случившийся ранней осенью 1999 г. Тогда Украину и, вчастности, Киев посетили мои друзья из Германии. От моего города, где они гостили три дня, немцы были в восторге — несмотря на холодную, хоть и солнечную погоду. Конечной точкой нашей прогулки (не говорю — экскурсии, поскольку немцы наотрез отказались смотреть достопримечательности, а только обычную киевскую жизнь) стала смотровая площадка возле арки Дружбы Народов. Иностранные гости были поражены и буквально выпали в осадок от вида. После чего сказали, что в Берлине или каком-либо другом крупном немецком городе столько зелени в центре никогда не оставили бы — все пошло бы под застройку. По крайнеймере, там были бы какие угодно творения человеческих рук, но только не деревья и прочая зелень. После этого немцы отправились в круиз по Днепру до самого Черного моря.
Как-то в те смутные времена, когда стипендия была 7 грн. и могла за месяц бурно вырасти аж на 100% — до 15 грн., даже не думалось, что в Киеве в этом отношении когда-то что-то изменится. Я не буду сейчас срываться на крики о загрязненном воздухе, об уничтожении зеленых зон, об избытке машин, оккупировавших все дворы в непосредственной близости от моего дома. А также об осквернении Софиевской площади после размещения там модногонынче тусовочного центра — отеля Hyatt Rеgency. Или о бардаке на Андреевском спуске, куда теперь точно никаких гостей не сводишь. По крайней мере, никакогочувства гордости при этом испытывать не будешь.
В 1999 г. я искренне приглашал своих немецких друзей вновь посетить Киев, и они, как мне казалось, были очень даже не против. Но теперь я стыдливо помалкиваю о своем приглашении и прилагаю все усилия, чтобы немцы и не вспомнили о возможном повторном приезде в столицу Украины.
Я сознательно отношусь к тому, что людям, которые угнетают мой родной город, сложно противопоставить что-тосущественное. Но один вопрос я им все же хочу задать: зачем финансировать умерщвление и обездушевление Киева? Зачем всаживать деньги в город, из которого в ближайшем будущем придется чуть ли не убегать, сломя голову?
Андрей Уманец
