Остров не в сезон
Осенью здесь нельзя купаться. Но Труханов остров от этого не становится менее привлекательным.
"Не сезон" – это время, когда пустеют киевские пляжи и места отдыха. Остается в одиночестве пляжная скульптура спортсменки с веслом. Закрываются до весны фанерные склады с топчанами. Люди уходят отсюда, оставляя природу хоть на время отдохнуть. И именно поэтому пресловутый "не сезон" – чем не время сходить на тот же Труханов, посмотреть, как он выглядит в своей первобытной красоте. К тому же не каждый город может похвалиться таким роскошным островом прямо в своем центре.
Место без пробок
Пешеходный мост пустынен и лишь граффити на опорах напоминают о том, какой бурной когда-то была здесь летняя жизнь. Его обитатели сегодня – лишь несколько молодых парочек, гребцы со здешних баз да вечные обитатели моста – рыбаки, забрасывающие спиннинги куда-то вдаль. Сами же хозяева спиннингов больше похожи на адептов странного религиозного ордена, даже в своей униформе: если не поношенный пиджак и кепка, то столь же старый камуфляж и шляпа дизайна шестидесятых годов. Все так же при спуске с моста горожан встречает стайка совершенно добродушных собак. А вся прибрежная полоса узурпирована любителями закаливания, дождавшимися наконец-то первых холодов.
Совершенно пустынная центральная аллея острова – это место в Киеве, где никогда не будет автомобильных пробок. Вот если бы реализовали когда-то разрабатываемый проект о прямом выезде на Пешеходный мост с Крещатика, или если бы Омельченко реализовал свой план с канатной дорогой, то...
– Вот в этом месте я впервые в жизни увидел зайца, – говорит мой собеседник, краевед Валерий Лысенко, вместе с которым мы обходим остров. А вот памятник уничтоженному фашистами рабочему поселку на Трухановом острове. Одному из многих в Киеве (можно вспомнить еще уничтоженный со всеми жителями хутор Любку или Предмостную Слободку). Сам этот памятник солдату, склонившемуся возле разбитой лодки, по выразительности сильнее многих других, установленных в последние годы по поводу и без оного. Впрочем, менее известен еще один памятник – единственная, наверное, на острове могила. Здесь похоронена жительница острова Мелания Перепеча, расстрелянная немцами вместе с внуком на пороге своего дома. Памятник можно найти, если свернуть от обелиска налево, в сторону бывшего поселка. Здесь, впрочем, от сожженных домов уже ничего не осталось, кроме маленьких холмиков, да еще стихотворения-воспоминания Лины Костенко:
Я виросла у Київській Венеції.
Цвіли у нас під вікнами акації.
А повінь прибувала по інерції
І заливала всі комунікації...
Цвіли у нас під вікнами акації.
А повінь прибувала по інерції
І заливала всі комунікації...
Странная стройка возле яхт-клуба
Среди желто-красной листвы деревьев белеет самое высокое строение острова – заброшенная парашютная вышка. Хотя заброшенная ли? На металлической конструкции видны следы недавней покраски. Входы на нее недавно заварены. Мой гид, Валерий Лысенко, обращает внимание на куски веревок, привязанные к конструкциям вышки:
– Альпинисты тренировались, – объясняет он, – в Киеве гор немного, а вот это сооружение в стиле "индастриал" как раз для них подходит. А вот рядом еще выложены бетонные круги для занятий авиамоделистов. Со временем первоначальное предназначение их забылось, и на новых схемах острова они уже названы "танцплощадками".
Вдоль Парковой аллеи, дороги, ведущей вдоль Днепра в глубину острова, разместилось множество построек – всевозможные мастерские, какие-то заброшенные конюшни. Упоминаемый еще в рассказах Куприна старый яхт-клуб, построенное на самом берегу кирпичное здание, оказывается капитально огороженным и со следами хорошего ремонта. Кому он сегодня принадлежит – сказать трудно. А на набережной рядом активно ведется еще одна стройка, на самом берегу уже разбит фундамент. Что за чудеса архитектуры появятся вскоре здесь, остается только догадываться.
Самое заброшенное место Труханового острова, это, конечно же, летнее кафе, закрытое в конце шестидесятых годов – одно из самых старых неработающих киевских учреждений, наравне с Зеленым театром и запасными выходами из станции метро "Днепр". Кафе и сегодня все так же пустынно, как и пять, и десять лет назад. Кто знает, может быть, в полнолуние сюда приходят какие-то бесплотные тени, звучит стук вилок и ножей, призрачные официанты разливают вино по бокалам... И только тогда понимаешь: живых людей, вот чего не хватает "несезонному" Трухановому острову, живых людей, которые приходили бы любоваться красками осенней природы! Насколько удивительно трогателен октябрьский Матвеевский залив, когда по нему не носятся байдарки, когда трибуны у воды опустели до лета, все, где была раньше жизнь, закрылось, замерло, заглохло. Лишь те же добродушные трухановские собаки стайками бегут куда-то по своим делам.
Рыбацкая часть байдарочного острова
О близости города нам напоминают лишь зелентрестовские рабочие, которые выкапывают посаженные вдоль аллеек цветы, грузят их в корзины и складируют на трактор. А уже в пятидесяти метрах от них царит почти дикая природа. Заросшие илом болотца. Одиноко стоящие развесистые сосны. Берега озера Бабье с какими-то загадочными бетонными конструкциями.
– Это остатки эстакады для моста на Троещину, который планировался в начале шестидесятых, – говорит Валерий Лысенко. – Тогда же были и первые попытки проложить дорогу вдоль острова, но работы были свернуты.
Зато те работы, которые ведутся на острове сейчас, видны явно. Бетонная двухуровневая дорога нависла над тихими осенними заливами, пожелтевшими деревьями и пляжем. А почти посредине острова идет строительство будущей станции метрополитена. Кто знает, каким будет остров после того, как на него можно будет попасть любому желающему на метро? Поэтому на здешнюю красоту лучше любоваться сейчас, пока сюда не пришли люди отдыхающие, гуляющие, мусорящие и жарящие шашлыки.
Наверное, Труханов остров можно разделить на несколько зон. Например, пляжный остров, байдарочный остров, лесной остров, а вот за Петровским железнодорожным мостом начинается рыбацкая часть. Столько рыбацких мостиков в одном месте, сделанных, где из подручных материалов, а где капитально, с каменной кладкой. Где-то можно увидеть даже палатку, – кто-то, видимо, удит здесь рыбу с ночевкой. Последнее, что мы видим, это разобранный остов старого речного вокзала. Только старожилы помнят о речном трамвайчике, соединявшем здесь когда-то два берега. Остатки от касс, навеса, да еще клумба с одичавшими грушами – вот и все, что осталось от него. И те же собаки, речной песок и репейники, мотки струн и лески. А дальше – только Московский мост и город. Остров кончился. Хотя можно вернуться сюда посреди зимы. Мой собеседник уверяет, что нет ничего лучше, как пройтись здесь зимой по нетронутому снегу да замерзшим заливам. Надо полагать, у Труханова каждую пору года – новое лицо. И тогда понятие "не сезон" – не для него.
Николай Полищук
