Суррогат форте. До 10% украинского рынка медпрепаратов - подделки
Учительница из Донецка Катерина Никитина, которая лечит печень гомеопатическим препаратом немецкой марки Heel, недавно заметила, что привычное лекарство резко поменяло свойства.
“Обычно таблетки Heel растворяются в стакане воды долго, а эти таяли на глазах, - рассказывает Никитина. - Да и на вкус они стали какими-то приторно сладкими. Я тогда подумала, что это, скорее всего, подделка”.
Дончанка не ошиблась. Минувшей весной СБУ ликвидировала подпольный синдикат по изготовлению поддельных препаратов Heel в городе Василькове Киевской области. Сотрудники спецслужбы изъяли 3,5 млн упаковок на сумму 30 млн евро.
Производители фальсификата завозили сырье изза рубежа и расфасовывали под руководством Михаила Савульчика, исполнительного директора компании Каскад Медикал - дистрибьютора Heel в Украине.
Суд назначил Савульчику четыре года лишения свободы, создав прецедент, ведь уголовная ответственность за подделку лекарств была введена в Украине только в 2011 году. За то же время выросли в геометрической прогрессии объемы выявленного контрафакта: если в 2009-м было изъято 230 тыс. упаковок, то в 2012-м - 1,5 млн, а в 2013-м - более 4 млн.
Алексей Соловьев, председатель Государственной лекарственной службы Украины (ГЛС), объясняет это усилением госконтроля над оборотом медикаментов: в стране появилось около десятка современных лабораторий, отвечающих требованиям ВОЗ.
Однако, по мнению Соловьева, в целом проблема лекарственного эрзаца в Украине преувеличена. По данным чиновника, процент подделок здесь составляет 1,0-1,8%, тогда как на фармацевтическом рынке ЕС - более 3%.
Зато по оценкам экспертов медицинского маркетинга, реальный объем отечественного лекарственного суррогата минимум в десять раз выше официальной статистики и достигает 10%.
“Работа правоохранительных органов [в выявлении подделок] еще далека от совершенства, - полагает Анатолий Дырив, народный депутат и глава временной комиссии Верховной Рады, занимавшейся нарушениями законодательства в работе Минздрава. - Конечно же, фальсификата на рынке масса, и от него в лучшем случае люди просто не получают необходимый лечебный эффект”.
Смертельная пилюля
Дмитрий Шерембей, исполнительный директор организации по защите прав пациентов UCAB, с содроганием вспоминает о последствиях приема индийского препарата от иммунодефицита Эфавиренз.
“У меня каждый день была рвота, потерял практически 7 кг веса”, - рассказывает он.
Поначалу Шерембей грешил на смену климата, ведь во время употребления этого средства он летал в командировку в Среднюю Азию. Однако позже киевлянин выяснил, что на подобные симптомы жаловались и другие принимавшие препарат. После многочисленных жалоб в Минздрав сомнительное лекарство было изъято из реализации.
Мария умерла, и причиной ее смерти стал поддельный или некачественный препарат Метотрексат
Впрочем, те, кто принимал Эфавиренз, легко отделались по сравнению с пациенткой больницы Львовской железной дороги 28-летней Марией - ее фамилию медики по просьбе родственников не называют. Мария умерла, и причиной ее смерти стал поддельный или некачественный препарат Метотрексат, утверждает Дырив, проводивший депутатское расследование трагедии.
“ГЛС еще в сентябре прошлого года обратилась с запросом в Государственный экспертный центр Минздрава Украины с целью предоставления информации о производителе препарата Метотрексат, но воз и ныне там”, - сетует Дырив.
Зачастую выявить эрзац в процессе его употребления можно лишь ценой человеческой жизни и здоровья, констатируют эксперты. Пациенты даже не подозревают, что лечатся пустышкой, отмечает Марк Майоров, акушергинеколог Харьковской городской поликлиники № 5.
“Производители поддельных лекарств, чтобы не привлекать внимания, не используют вредные компоненты, - рассказывает врач, - а действующие вещества заменяют, например, содой, мелом или какими-то витаминами”.
При этом злоумышленники так искусно копируют форму и упаковку препарата, что провизор в аптеке с трудом может найти отличия.
Даже если торговца лекарственными подделками удалось схватить за руку, довести дело до суда непросто. Так, в 2012-2013 годах в Харьковской, Донецкой, Черновицкой и Днепропетровской областях было зафиксировано распространение фальсифицированного иммуномодулятора Анаферон Детский.
“Но правоохранительные органы так и не открыли уголовное дело из-за отсутствия достаточных улик, хотя факт фальсификации был установлен экспертизой”, - отмечает Дырив.
Не так легко, условным сроком, отделались львовские подпольные фармацевты, которые в лаборатории, организованной в частном доме в пригороде столицы Западной Украины, в течение года штамповали целую линейку препаратов - от активированного угля и валерьянки до Но-шпы и Фезама.
На этапе продажи в аптеках правоохранителям удалось задержать около 200 ящиков данной продукции. И это только вершина айсберга - зачастую производство суррогата приобретает масштабы заводских цехов.
Условным сроком, отделались львовские подпольные фармацевты, которые в лаборатории, организованной в частном доме в пригороде столицы Западной Украины, в течение года штамповали целую линейку препаратов - от активированного угля и валерьянки до Но-шпы и Фезама.
В 2009 году СБУ разоблачила крупнейший преступный синдикат, действовавший на базе одного из столичных химпредприятий. Там фабриковали такие востребованные средства, как успокоительный Корвалол и противопростудный Амизон.
Между тем, по данным ГСЛ, лидерами, занимающими 42% рынка подделок, являются антибиотики, гормональные средства (до 20%) и наиболее рекламируемые лекарства, такие как пищеварительные ферментные препараты Фестал и Мезим.
По наблюдениям аналитиков, 95% эрзаца завозят в Украину контрабандой в виде сырья из России, Индии, Китая и Пакистана и лишь 5% полностью изготавливают внутри страны.
Свобода фальсификации
Уголовная ответственность за производство и сбыт лекарственного контрафакта в Украине сегодня на бумаге едва ли менее сурова, чем, например, в ЕС и США. Статья УК предполагает наказание от трех до пяти лет лишения свободы или штраф от 8,5 тыс. до 17,5 тыс. грн., а если применение этих препаратов повлекло жертвы - от десяти лет до пожизненного срока.
Однако в законе есть лазейки, позволяющие уйти от уголовного преследования, отмечает Дырив. Нет четкого разграничения между фальсифицированной продукцией и контрафактом, то есть продуктом, созданным с нарушением интеллектуальных прав, за распространение которой предусмотрена административная ответственность.
Мастера и распространители подделок вполне комфортно чувствуют себя не только в юридическом, но и в страховом поле - вернее, в его отсутствии. Около двух третей лекарств нынче пациенты покупают сами, тогда как в отлаженной системе медицинского страхования этим занимаются страховые компании. Они же контролируют оборот назначаемых препаратов и отвечают за их эффективное применение.
Не работает и система изъятия из оборота подделок. “В 2012 году были зафиксированы сотни случаев, когда реализовывались лекарства, на серии которых был наложен запрет”, - рассказывает Дырив.
Вместе с тем большинство фармкорпораций о проблеме фальсификации собственных марок говорят неохотно. Пресс-служба словенской компании KRKA, под чьим именем в текущем году ГЛС обнаружила несколько партий суррогата, заверила Корреспондент, что это первый и единственный случай в их украинской практике.
Александр Партышев, коммерческий директор корпорации Артериум, которая производит, например, препарат от кашля Мукалтин и средство от герпеса Герпевир, не скрывает, что компании приходилось сталкиваться с подделками, но их процент ничтожно мал - всего 0,08% от общего объема продукции.
В Евросоюзе борьба с поддельными лекарствами - один из немногих случаев, когда интересы крупного бизнеса и государства совпадают.
В Евросоюзе борьба с поддельными лекарствами - один из немногих случаев, когда интересы крупного бизнеса и государства совпадают. И правоохранительные органы, не обладая достаточной экспертной базой в сфере фармакологии, обращаются в лаборатории производителей лекарств.
В частности, французская международная компания Sanofi, известная в Украине своими препаратами для лечения печени Эссенциале и Эссенциале форте, создала в городе Туре крупнейшую в мире лабораторию по выявлению поддельных лекарств. Образцы в лабораторию поступают от полиции и таможни ЕС, от юристов и медицинских учреждений.
Кроме того, в странах Евросоюза, а также в Индии успешно действует система маркировки всех рецептурных препаратов.
“При попытке продать лекарство с кодом, которого никогда не было, или кодом, который уже был продан, кассовый аппарат аптеки попросту не выдаст чек, и препарат не будет продан”, - объясняет суть системы Соловьев.
Также каждый пациент может отправить с телефона SMS на специальный сервер с номером штрих-кода препарата и получить достоверный ответ, завозился он в его страну или нет.
Аналогичную практику ГЛС планирует ввести в Украине, но только с 2017 года. Продать фальсификат через официальные аптечные сети будет невозможно, уверяет Соловьев.
“Но он хлынет туда, где отследить его движение и происхождение будет нереально, - в интернет-торговлю, - делает неутешительный прогноз чиновник. - Именно на это нужно будет обратить внимание правоохранительным органам”
