Дедушку на колбасу или тест на рабство

Вот на днях МОЗ порадовал нас законопроектом, который предусматривает, что государство может распоряжаться органами умерших, так сказать, по умолчанию.

Умер кто-то — государство определит полезность его останков и использует здоровые органы, так сказать, на благо общества. Нужно прикладывать специальные усилия, чтобы убедить государство не делать этого.

Так вот — это обстоятельство является прекрасной иллюстрацией того, кем считает нас государство, и кем мы в действительности являемся в большинстве случаев взаимоотношений с ним. Речь идет о рабстве.

Фото: transplantaciya.ru

Собственность начинается с собственности на свое тело, с права распоряжаться собой. Не даром в традиционном праве собственность индивида рассматривается, как продолжение его тела. Человек, который не может распоряжаться своим телом по своему усмотрению является собственностью другого человека, то есть рабом.

При этом, я хочу напомнить, что рабство совсем не обязательно означало изнурительный труд на каких-нибудь плантациях. Часто рабы неплохо себя чувствовали и вели вполне пристойный образ жизни. Но — до определенного момента, пока хозяину не приходили мысли по более производительному использованию рабсилы.

Когда свободный человек умирает, заботы о его теле переходят к родственникам. К ним же переходит и его собственность (если он не завещал другого). В нашем случае, государство ясно дает понять, кем мы являемся с его точки зрения. Оно, так и быть, позволяет нам немного попользоваться своим телом при жизни в некоторых дозволенных им пределах, но после смерти тело возвращается к хозяину.

И хозяин волен поступать с ним, как угодно. То есть, органы — это только одна из возможностей. Можно пустить вас на колбасу, а из костей сварить холодец — зачем добру пропадать?

На худой конец, компостная яма — тоже источник большой общественной пользы. И, кстати говоря, тут уже совсем немного осталось и до следующего логического шага — собственности умершего. Если государство владеет телом, то оно владеет и всей остальной собственностью. По умолчанию.

Я понимаю, что сейчас утилитаристы начнут рассуждать в духе «покойнику тело больше не нужно, а вот его почки спасут чью-то жизнь!» Эти рассуждения ничего не меняют в сути происходящего. Весь вопрос в том, кто решает — «надо» или «не надо». Если вместо владельца решает некто посторонний, то это и называется рабством.

Мне кажется, что информация о замечательном законопроекте МОЗ может быть своего рода тестом на рабство. Ведь рабство — оно, прежде всего, в голове. Чтобы оно работало, раб должен считать свое состояние нормальным и законным порядком вещей.

Если читая эту новость вы возмутились, — значит все в порядке, здоровые человеческие инстинкты сработали. Если же вы считаете, что так и должно быть, то впору задуматься. Первым делом нужно срочно перестать смотреть телевизор.

Владимир Золоторев, политический аналитик