Доллар - курс ведет к опасности!

Падение неизбежно?

Аналитик рынка акций в агентстве   Rafferty Capital Markets  Дик Боув утверждает: «... большинство не верит, что доллар будет свергнут с пьедестала, но так и случится, причем это может произойти всего за пять-десять лет».

Впрочем, некоторые специалисты считают, что доллару осталось еще меньше. Например, президент компании Pento Portfolio Strategies Майкл Пенто считает, что вопрос назреет в 2015-2016 годах, когда США начнут тратить 30-50% дохода на обслуживание долгов, настанет кризис рынка облигаций, и доллар начнет падать вместе с ценами на облигации. Поэтому вопрос сохранения статуса доллара как важнейшей резервной валюты мира   «в тысячу раз важнее северокорейских ядерных испытаний» , — не без некоторого пафоса добавляет Пенто.

Есть ли у Боува и Пенто основания для подобных утверждений? Оказывается, да, поскольку доля доллара в мировых валютных резервах постоянно   сокращается . «По данным  Международного валютного фонда  (МВФ), доллар достиг самого низкого уровня в сравнении с остальными валютами за 15 лет. Это указывает на растущее количество стран, предпочитающих вести дела в иной валюте» , — говорит финансовый аналитик Джефф Кокс. Одновременно, утверждает Кокс, набирают вес японская иена, швейцарский франк, а также то, что МВФ классифицирует как «иную валюту», то есть, в первую очередь, китайский юань.

Действительно, доля доллара в общих денежных запасах мира с почти 90% в 1952 году упала до нынешних 15%. В силу этих причин, итожит Кокс,   «возникают опасения, что владычество доллара как главной валюты мира подходит к концу» .

В результате Америке придется туго. По мнению Дика Боува,   «если доллар утратит статус самой надежной валюты мира, США потеряют право печатать деньги, чтобы оплатить свой долг» . Вот это действительно серьезно. Ведь внешний долг США подбирается все ближе к 17 трлн долларов, уже на 5% превышая годовой объем ВВП. При этом стоит заметить, что экономика США прибавляет в год 1,5%, тогда как долг увеличивается на 7,5%, то есть в пять раз быстрее.

«Трюк для идиотов»

Нельзя сказать, что в Вашингтоне не задумываются над этой проблемой. В Департаменте экономического анализа думают, но, как бы это сказать, чтобы никого не обидеть, — несколько «своеобразно».

Исследовав содержание этого «своеобразия», британская газета Financial Times пишет: «Американская экономика официально вырастет на 3% в июле в рамках пересмотра методов государственного статистического учета, которые теперь будут принимать во внимание такие компоненты XXI столетия, как роялти от кинофильмов и расходы на технологические исследования и разработку»  (то, что у нас именуется НИОКР — Авт.).  «Таким образом,  — продолжает издание, —  рост американского ВВП впредь будет опираться на „неосязаемое“: фильмы, книги, журналы и песни в iTunes».

«Естественно, что единственная цель этого искусственного экономического „толчка вверх“, для чего сгодится любое произвольное число, о котором договорятся несколько бухгалтеров и которое всегда  растет  после пересмотра, но никогда не  падает , — снова довести отношение долг/ВВП до 100%, хотя и совсем ненадолго. Никто не сомневается, что через несколько месяцев к ВВП можно будет „прибавить“ что-то еще, отчего экономика США вновь будет выглядеть лучше, чем на самом деле. Все это не более чем трюк для идиотов» , — подводит итог Financial Times.

Иными словами, сколько бы не «мудрили» с методами статистики выпускники Принстона, окопавшиеся в Департаменте экономического анализа, статус доллара такими манипуляциями не сохранить. Нужно реальное экономическое оживление, а оно не наступает. Почему?

Для тех, кто размышляет категориями политэкономии, а не «экономикса», ответ лежит на поверхности. Накоплено   слишком много капитала  (и, в первую очередь, на родине «вечнозеленого» — в США), который нельзя больше в достаточной мере увеличить, так как произведенная прибавочная стоимость, из-за недостаточного уровня покупательной способности, больше не превращается в денежную форму или — не «реализуется». Инвестиции в машины и рабочую силу оказались слишком большими по сравнению со способностью рынка их «переработать».

Отсюда — перепроизводство, денежный капитал спасается бегством в финансовые рынки и начинает там «пузыриться». Остаточный капитал во всех его составных частях (материал, рабочая сила, товары, деньги) обесценивается.

Вопрос теперь только в том, наступит ли конец кризиса, или же, о чем страшно даже подумать, нынешний кризис способен не только заставить доллар осуществить «жесткую посадку», но и привести субъекты капитала к мысли о бесполезности его воспроизводства и приумножения — если он обесценивается, зачем же морочить голову?!

Евро — тоже не панацея

Но все перечисленное — это отчасти вопросы не сегодняшнего дня. А что следовало бы делать уже сейчас, в том числе и Украине? Обратиться к евро? Так   Еврозона  сама на ладан дышит. Наибольшую опасность сегодня представляет ситуация в Италии и Испании. Ряд ведущих европейских экспертов во главе с авторитетным германским экономистом Вольфгангом Мюнхау полагают, что правительства обеих стран будут вынуждены попросить из стабилизационных фондов Евросоюза порядка триллиона евро, которых там может попросту не оказаться.

Страны-должники уже получили от временного стабилизационного фонда EFSF и пришедшего ему на смену ESM 205 млрд евро, причем за четверть этой баснословной суммы отвечает Германия. Вся программа помощи оценивается в 500 млрд евро. Если возникнет вопрос о дополнительном триллионе евро, немцы могут и возмутиться.

Кстати, нынешние трудности Еврозоны для специалистов неожиданностью не стали. Британский экономист и главный редактор журнала The Economist Уолтер Бэджет еще в 1869 году, размышляя о перспективах валютных союзов в Европе, на удивление точно предвидел современные конфликты.

Бэджет полагал, что рано или поздно дело обернется противостоянием твердой валюты североевропейцев, «тевтонцев», и мягкой денежной единицы южан, «латинцев». Так вот, прозорливый ученый еще полтора столетия назад предполагал, что «ввиду деловой активности тевтонцев и относительной расслабленности латинских народов предпочтение наверняка будут отдавать тевтонским деньгам».

Так оно и вышло. Финансовым рынкам «тевтонский» евро явно понравился, но европейским южанам он доставляет немало проблем. Однако отказываться от валюты, обладающей столькими достоинствами, они никак не хотят. Значит, им надо приспосабливаться — к самому   евро  и к той культуре хозяйствования, которой он требует. Возможно ли это? Вероятно, возможно, но в такой же степени, как и то, что сборная Украины по футболу станет чемпионом мира уже на ближайшем чемпионате (если, конечно, туда попадет).

Киев делает выводы?

Надо признать, в Администрации Президента и Кабинете Министров Украины ситуацию отслеживают и делают некоторые правильные выводы. Вопрос только в том, являются ли предлагаемые меры достаточными для того, чтобы наше государство в любом случае могло сохранить свою финансовую дееспособность.

После длительной ориентации на доллар, для чего было истрачено 10 млрд долларов валютных резервов, руководство страны и НБУ обратило, наконец, внимание и на другие валюты.

В качестве одного из инструментов противодействия внешним рискам Украине необходимо рассмотреть возможности перехода к курсообразованию на основе «корзины» валют. Об этом, кстати, было сказано в ежегодном послании президента Виктора Януковича Верховной Раде Украины. Причем «взвесить» эту валютную корзинку предполагается в соответствии со «структурой валют расчетов во внешней торговле».

Мысль разумная, но лишь отчасти, поскольку в «структуре валют» безраздельно доминируют те же доллар и евро, в надежности которых, как видно, приходится сомневаться. Да, в «корзину» могут войти российский и белорусский рубли, юань, польский злотый и турецкая лира. Но их доля во внешнеторговых расчетах Украины пока минимальна  — то есть минимальной она будет и в «корзине».

В силу этого представляется интересным   расширение использования гривны во внешнеэкономических расчетах . Тем более что законодательная основа для этого создана Верховной Радой еще в конце 2011 года. Но для этого нужны реальные межгосударственные соглашения и, безусловно, повышение ликвидности гривны на международном валютном рынке. А еще — выравнивание объемов экспорта и импорта в торгово-экономических отношениях с  нашими партнерами .

Скажем, Украина с удовольствием оплачивала бы гривной российский газ, но что делать России с миллиардами наших гривен, если Киев имеет в торговле с Москвой колоссальный дефицит?! По тем же причинам гривна невыгодна и Турции. О Польше, которой не миновать вступления в еврозону, и говорить не приходится. Остается Беларусь, с которой, не исключено, можно было бы договориться, но это явно не тот партнер (по масштабам торговли), который мог бы подтянуть гривну до уровня конвертируемости и обезопасить ее от последствий злоключений евро и доллара.

Остается еще один путь —   пересмотр структуры валютных резервов НБУ . В прошлом году НБУ активно наращивал долларовые валютные резервы и сокращал резервы в евро. В результате доля активов в американской валюте выросла на четверть — до 60,3%, а в евро сократилась с 28,1% до 21,7%, сообщил на днях журнал Forbes.

Основа портфеля украинского Нацбанка сегодня — это доллары и американские казначейские векселя, US T-bills, с доходностью 0,1%-0,7%. Иными словами, портфель НБУ по структуре похож на портфели других стран с «сырьевыми валютами» и неразвитым внутренним рынком финансовых инструментов.

Такой путь формирования валютных резервов при всем желании оптимальным не назовешь. Ведь, помимо доллара и евро, существуют юань, иена, российский рубль, индийская рупия, наконец. Вообще, стоило бы более прилежно изучить мнения экспертов о перспективах объединения БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, Южно-Африканская Республика). Тем более что Россия и Китай являются членами еще одного важного формирования — Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), а Индия всячески туда стремится, форсируя нормализацию отношений с Поднебесной.

В заключение рассмотрим одну не столь уж гипотетическую ситуацию. Представим себе, что сбудутся прогнозы Боува и Пренто: цена обслуживания внешнего долга США составит 50% ВВП и доллар окончательно обвалится. Что предпримет в такой ситуации Вашингтон? Да то же, что предприняла советская Россия после революции 1917 года, — все долги аннулировала и ввела новую валюту. Во всяком случае, перспектива введения амеро — новой валюты для США, Канады и Мексики, входящих в NAFTA, обсуждается в кругах банкиров и финансистов с момента начала кризиса в 2008 году.