Еврозатмение: единство и раскол
Все начнется в один из понедельников. Граждане Германии с удивлением обнаружат, что все банки закрыты. На второй день банки откроются и начнут выдавать клиентам евро другого образца, проштампованные специальными магнитными печатями, и менять старые банкноты на новые... Следующим шагом, через два месяца, станет заявление Германии о выходе из еврозоны» — такое почти фантастическое «начало конца» европейской валюты недавно озвучил Дирк Мейер, профессор Гамбургского университета Гельмута Шмидта.
Еще полгода назад его назвали бы одиозным, если не сумасшедшим. Но уже сегодня возвращение по крайней мере части стран еврозоны к своим прежним валютам некоторые специалисты считают одним из возможных вариантов преодоления затянувшегося долгового кризиса в Старом Свете. Логика проста: если за прошедшее десятилетие 17 участников еврозоны так и не научились слаженно управлять общей лодкой, выбраться из финансового водоворота им будет легче порознь.
Развал еврозоны сегодня сдерживают в первую очередь политические амбиции лидеров ЕС — Франции и Германии. Ведь бегство с корабля даже одного матроса может привести к цепной реакции, последствия которой сложно предсказать. Но, по-видимому, о продолжении строительства одного из центров мирового влияния можно будет забыть надолго. Именно поэтому немецкий канцлер Ангела Меркель и французский президент Николя Саркози пытаются сделать все возможное, чтобы найти другой выход.
После ряда встреч за закрытыми дверями альтернатива, кажется, была найдена. Парочка презентовала миру план по преодолению кризиса, предусматривающий ужесточение бюджетной дисциплины в еврозоне и штрафы за ее нарушение. Предполагается, что таким образом удастся избежать увеличения долговых обязательств стран ЕС — главной причины нынешних проблем. Но чтобы план заработал, заданный Францией и Германией курс должен быть поддержан большинством команды корабля. Реально ли это?
Выбирая меньшее зло
Поддержать план Меркель — Саркози означает еще больше затянуть пояса, урезать социальные блага и без того протестующего населения. А еще — отказаться от какой-то части самостоятельности, ведь усиление контроля за бюджетной политикой предполагает создание специального надгосударственного органа. Не поддержать план означает подписать заявление на выход из еврозоны. Французский президент уже пригрозил: второго шанса спасти валютное объединение не будет.
На фоне кризиса все чаще звучит альтернативная точка зрения: менять надо всю систему. К этому призывает самый высокопоставленный евроскептик — президент Чехии Вацлав Клаус. «Европа зашла в тупик. Следует демонтировать результаты последних пятидесяти лет интеграции, избавиться от идеи патерналистского «государства всеобщего благосостояния». Современная Европа искусственно унифицируется... Что же касается валютного союза, то это промежуточное подвешенное состояние. Надо либо переходить от него к налоговому союзу, либо возвращаться назад», — считает Клаус. О том, что главная проблема ЕС — несбалансированность экономики стран еврозоны и отсутствие централизованной финансовой политики, говорил и один из главных его «архитекторов», автор идеи перехода на евро Жак Делор, председатель Европейской комиссии в 1985–1995 годах. Правда, в отличие от Клауса он уверен, что нужно идти только вперед.
Единство и раскол
Рекомендации Клауса и Делора отчасти выполняются, Европа на саммите 9 декабря сделала еще один шаг на пути из «подвешенного состояния» к централизованному «надгосударству».
После дебатов до поздней ночи участники мероприятия сообщили: все 17 государств еврозоны и еще четыре страны ЕС, пока не перешедшие на единую валюту, договорились создать новое объединение с жесткими финансовыми правилами. Еще четыре страны — Великобритания, Швеция, Чехия и Венгрия — не согласились принять условия Меркель — Саркози, объяснив свое решение ущемлением государственных интересов.
Лондон настаивает на своем праве сохранить более либеральную, чем на континенте, экономику и не желает подчиняться «социалистическому централизму». Еженедельник «Экономист» назвал происходящее «великим европейским разводом». Саркози гневно обвинил британского премьера Дэвида Кэмерона в «подрыве европейского единства». Кэмерон ответил, что вовсе не жалеет о том, что Британия не входит ни в еврозону, ни в Шенген.
Несмотря на ложку дегтя, новая стратегия была преподнесена лидерами ЕС как огромное достижение, ведь ее реализация обеспечит главное — сохранение еврозоны в нынешнем формате. Почему же финансовые рынки им не поверили, отреагировав на «оптимистичную» новость пессимистичным снижением курса евро? Да потому, что за внешним успехом кроется много внутренних «но» и «если», заставляющих усомниться в том, что конкретные документы о создании объединения будут так же дружно подписаны и выполнены.
Дело в том, что у представленного плана очень много противников. Из того, что известно: против подписания нового договора настраивал свое правительство парламент Финляндии, оппозиция в Нидерландах пригрозила правительству досрочными выборами, если представитель государства проголосует за договор. Словом, пока дойдет до подписания документов (а четкие правила нового объединения будут разработаны лишь в марте следующего года), еще очень многое может измениться, а под конечным вариантом договора распишутся не все.
Греция — первая на выход
Самые большие сомнения возникают относительно Греции, ставшей катализатором долгового кризиса. В течение нескольких месяцев ЕС так и не достиг взаимопонимания с ее руководством. Страна продолжала брать кредиты, но не соглашалась сокращать расходы. Бывший премьер-министр страны Георгиос Папандреу заявлял, что власти не могут сами принять решение о «диете», для этого нужно получить согласие народа. А одобрят ли простые греки новые меры экономии — вопрос риторический, учитывая непрекращающиеся митинги и забастовки.
Финансовый аналитик Эрик Найман считает, что отказ Греции от евро не страшен для стабильности валюты, поскольку такой сценарий уже заложен в ее нынешнем курсе. «Наоборот, выход из еврозоны самого слабого участника может быть воспринят инвесторами позитивно — как сигнал о начале выхода из кризиса, — говорит эксперт. — Конечно, первое время Греции придется приложить усилия для стабилизации курса новой валюты и перестройки экономики. Но другие страны еврозоны смогут направить большие ресурсы на решение собственных проблем».
Не исключено, что последовать примеру Греции захотят и другие ослабленные страны, такие как Ирландия, Португалия и Италия. Таким образом может быть реализован сценарий, который уже обсуждался на неофициальном уровне в ЕС, — когда в еврозоне останутся лишь сильные экономики. Среди них — Германия и Франция. Вопреки прогнозу профессора Гамбургского университета Гельмута Шмидта Дирка Мейера они будут тянуть лямку еврозоны до последнего. Даже несмотря на то, что и там больше половины населения уже хотели бы поменять евро на старые добрые дойчемарки и франки.
КОММЕНТАРИИ
![]()
Виктор Суслов экс-глава Госфинуслуг
У стран ЕС нет иного пути, кроме как сокращать расходы и ограничивать потребление товаров. Безусловно, это будет иметь определенные последствия для Украины, ведь наши экспортеры сразу же ощутят падение спроса на свою продукцию. А это означает сокращение ВВП и поступлений в бюджет.
Но даже если часть стран еврозоны примут решение о выходе из объединения, я уверен, что оно не будет спонтанным, его предварит тщательная подготовка. В Украине, безусловно, такие события спровоцируют панику среди населения — наверняка люди побегут сдавать еще не сданные евро в обменники.
Но этим, думаю, сложности для нашей финансовой системы ограничатся — даже при самых пессимистических событиях сильные страны ЕС продолжат принимать евро. Его курс в Украине упадет, но не критично, ведь многие риски в нынешней стоимости валюты уже предусмотрены.