Где сейчас рестораны с набережной

Кампания, развернутая летом Транспортной прокуратурой города против плавучих заведений на Днепре, ударила по ним с разной силой. Хотя обещали убрать все 25 дебаркадеров, в «ссылку» отправилось лишь четыре: отель «Днепровский» – добровольно, еще три – после заведения уголовного дела по статьям «Превышение служебных полномочий» и «Служебная халатность». Избир ательность странная – если набережную действительно защищают от неправомерного использования, а не расчищают для кого-то еще. И то, что чиновники, одобрившие этот «захват», не попали под статью вместе с рестораторами – тоже странно. Но «команды» сосланных дебаркадеров верят, что вернутся на прежнее место. Чего это может стоить, и что сейчас происходит в отбуксированных отелях?

Отель «Днепровский» отчалил с набережной месяц назад. Для стоянки выбрали живописное местечко возле Кончи-Озерной – напротив базы отдыха «Остров везения», метрах в 50 от берега. Степан Прохоров, управляющий отеля, живет там уже ровно месяц. Он и доставил нас к себе на судно на лодке, арендованной за символическую плату на базе отдыха.

– Я думал, нас не будет в Киеве не больше недели. Мы ведь сами освободили причал для осмотра, – говорит Степан Васильевич.

Охранников, чтобы стерегли «Днепровский» в Конче-Озерной, нанимать не стали.

– Во-первых, вряд ли кто согласится сидеть здесь без электричества. А во-вторых, у меня алкоголя в баре на 50 тыс. грн, в каждом номере – телевизор с музыкальным центром. Кому все это доверить?

Штат отеля из 24 сотрудников распущен. Кто уже нашел новую работу, кто – временную.

– Вот это я, – говорит с грустью Степан Васильевич, показывая на стене вестибюля большую фотографию, на которой он рядом с Пугачевой. – Она у нас трижды останавливалась, жила в №23.

Теперь в отель нужно не входить, а залазить...

Двери в номера распахнуты, в сауну с джакузи тоже – отель нужно постоянно проветривать. Номер Аллы Борисовны с огромными зеркалами тоже пустует. Жалюзи закрыты, чтобы от солнца не выгорела мебель. В вестибюле отеля – увядшие растения в вазонах, возле кожаного дивана лежит телескопическая удочка, в ведерке плавает утренний улов – несколько рыбешек:

– Просыпаюсь в восемь и ловлю прямо с балкона. Раззнакомился с сотрудниками базы отдыха, плаваю к ним уху варить, чай-кофе пить. Пока отель работал, я спал по три часа в сутки, а теперь хочу – сплю, хочу – опять сплю!.. Бывает, бобры меня будят. Они с пяти до семи утра активничают. Слышу сквозь сон шипение, рявканье, будто собачье. Выглядываю в окно, а там – двое огромных бобров, видно, территорию не поделили. Выдры по берегу бегают…

«Эвакуация» дебаркадера с набережной своими силами оказалась в несколько раз дешевле, чем принудительная.

Степан Прохоров, управляющий отеля «Днепровский», уже месяц в одиночку охраняет свое заведение

– Буксировка «от чиновников» стоит 80 тыс. грн. Они говорят, что набережная рушится из-за дебаркадеров. Неправда. Где стояли мы, причал ухоженный, а там, где никто не стоит, деревья уже проросли сквозь гранит. У нас самый емкий пакет документов. Договор до 2020 года! Некоторые разрешения дублируются другими, и, хоть это абсурд, мы и за них платили. Например, за стоянку платили городу, за швартовку – Речпорту, а фактически это одно и то же. У нас около 100 тыс. грн в месяц уходили на все эти «разрешительные мероприятия» с коммунальными платежами включительно. А зарабатывали ежемесячно около 300 тыс. грн.

Добраться с берега до отеля, пришвартованного в Конче-Озерной, можно только на лодке

Но курьезные ситуации, связанные с отбуксировкой, Степан Васильевич вспоминает с улыбкой.

– У нас кнопка экстренного вызова переключается на автономный аккумулятор, если отключится от электроэнергии. И когда мы отшвартовались, я забыл об этой кнопке. Аккумуляторы сели на третий день, и в ГСО сработала сигнализация. Приехал автобус с ребятами в бронежилетах и с автоматами, а объекта на месте нет! Я представляю их реакцию…

Управляющий думает, что рано или поздно все судна вернутся на набережную.

– Новые дебаркадеры в доках сейчас не строят, в бассейне Днепра в пределах области я тоже не видел ничего, способного занять наши места. Главное, чтобы до зимы что-то решили. Тут ведь в морозы судно пропадет без электричества. Его прогревать нужно. А по льду зимой сюда смогут ходить любые «туристы»…

Тем временем…

В «Мандарине» гибнут ящерицы

Ресторан «Мураками», отбуксированный первым еще 8 июня, пришвартован у Гаванского моста, возле самого здания Речпорта, и ни хозяева дебаркадера, ни круглосуточная охрана, попивающая кофе за стеклянной дверью, не комментируют ситуацию. «Ривер Палас», отбуксированный на угольную базу в селе Триполье, сейчас тоже в Киеве: на судостроительном заводе его чистят от ракушек.

Ресторанный комплекс «Мандарин» у железнодорожного моста рядом с улицей Электриков охраняет милиция. Вовнутрь не могут попасть даже хозяева

«Мандарин» стоит рядом с железнодорожным мостом возле ул. Электриков: речная милиция не пускает на него даже владельцев. «Мы очень переживаем за наших трех ящериц и экзотических рыб в полуторатонном аквариуме, которых, как я подозреваю, милиция не кормит», – жалуется гендиректор Елена Гупало.

Цена вопроса

Миллион гривен – только в первый год

Какие документы нужны, чтобы установить плавучее заведение на Днепре в Киеве, нам рассказал на условиях анонимности директор одного из них. Такие отели и рестораны рассматриваются и как обычные «наземные» заведения, и как плавсредства. Так что и разрешений требуется вдвое больше, и проверяющих приходит вдвое больше.

Разрешение на установку от Киевсовета – дороже всего: согласование проекта документа в разных инстанциях даже по знакомству обойдется более чем в $50 тыс. Согласование в ГУ градостроительства и архитектуры тоже «просто так не делается». Но эти траты – разовые, как и прокладка коммуникаций на набережной. Остальное надо оплачивать каждый год: пакеты документов от Регистра судоходства Украины и Госфлотинспекции, аренду акватории, осмотр причала и разрешение на стоянку от Фонда госимущества, проверки силами водолазов, пожарной инспекции, санстанции, управлений по защите прав потребителей. В год регистрации расходы на оформление могут доходить до миллиона гривен, в последующие годы – по несколько сотен тысяч.

Ресторан «Мураками» стоит у Гаванского моста. На борт никого не пускают

Но самое интересное – государство не определилось, кто уполномочен брать плату за использование причалов! Раньше они находились в ведении Фонда госимущества, но были переданы Администрации речных портов. Позже городская власть решила, что причалы – коммунальная собственность, велела прежние договора выбросить и заключить новые – с «Плесо». Теперь Генпрокуратура обвиняет арендаторов в том, что они заключали договора «не с уполномоченными структурами»...

Сергей ДЕМЧУК, Александра РОМАНЮК, фото Натальи ДИДЕНКО и Анатолия БОЙКО