Как банкиры продавали заведомо плохой продукт

Банкиры отказываются признавать свою вину. Но Конгресс предоставил ряд неоспоримых доказательств. Так, сенатор Карл Левин, демократ из Мичигана, глава постоянного подкомитета по расследованиям, обнародовал ряд электронных писем, отправленных руководителями Goldman Sachs и содержащих информацию о том, как банк попытался слить ипотечные активы в преддверии кризиса 2007 года.

Сообщения электронной почты подтверждают одно из наиболее важных обвинений в адрес банка – он получил выгоду за счет убытков своих клиентов – и иллюстрируют конфликты интересов, которые возникли, когда собственные торговые операции банков столкнулись с продажами клиентов.

Личный состав относился к этому просто: "После того, как Goldman Sachs решил уменьшить свою долю ипотеки, группе продаж было поручено попытаться продать часть его ипотечных активов и относящихся к ним рисков клиентам Goldman Sachs. В результате сотрудники Goldman Sachs выпустили и продали клиентам ценные бумаги RMBS и CDO, содержащие или относящиеся к активам высокого уровня риска, от которых банк хотел избавиться".

При этом Goldman настаивает, что сделки, совершаемые в то время, были нацелены только на институциональных инвесторов (клиентская база часто называет их сложными), явно сложными и являющихся.

С одной стороны, были хедж-фонды, которые присоединились к коротким субстандартным ценным бумагам Goldman, о чем свидетельствует письмо от Фабрис П. Турр, трейдера среднего звена, цитируемого в последних обвинениях в мошенничестве с ценными бумагами, предъявленных Комиссией по ценным бумагам и биржам.

"[Э]тот список может быть немного смещен в сторону сложных хедж-фондов, с которыми мы не сможем заработать слишком много денег, так как (а) большую часть времени они будут находиться на той же торговой стороне, что и мы, и (б) они точно знают, как все работает и не дадут нам заработать слишком много $$$ ..."

С другой стороны находились клиенты, которые хотели заработать на ипотеке по советам Goldman, и в конечном итоге понесли большие убытки. Это продемонстрировано на примере следующего электронного сообщения на адрес Даниела Спаркса, бывшего руководителя управления ипотечными торговыми операциями в Goldman: "Действительно плохое впечатление от всех европейских продаж относительно сделок, которые мы совершили с клиентами. Совокупный убыток наших клиентов только по этим пяти операциям составляет более 1 млрд. Кроме того команда чувствует, что признание, которое они получили за совершение этих операций (продажи кредитов и т. д.), совсем не соотносится с деньгами. Речь идет о существовании/спасении фирмы".

И в то время как Goldman, как можно было бы ожидать, делает все, чтобы получать прибыль и защитить себя от риска, некоторые из его сотрудников (как, например, автор этого сообщения на адрес Ллойда C. Блэнкфейна) оправдывают удерживание клиентов, даже если их деятельность не приносит им самим прибыли: "Я встречался с 10 + отдельными предполагаемыми и настоящими клиентами... с тех пор, как было объявлено о получении доходов. Они не собираются (и я не стал бы от них ожидать противоположного) рассказывать о том, как заработать деньги для себя, исключая нас. Отдельные люди иногда делятся, но в ответ от нас требуется максимальное смирение. Я отчетливо чувствую, что это даже сильнее привязывает клиентов к фирме, потому что альтернатива получить наши деньги для финансового представителя, который является только исполнителем и не самым лучшим, просто не является разумной. Клиенты считают, в конечном счете, что лучшим вариантом для них является долгосрочная перспектива. Они ориентируются на престиж, по-видимому, но это не всегда хорошо отражается на балансе".

В электронной почте от Даниеля Спаркса другим топ-менеджерам Goldman, Д. Спаркс описывает план по снижению рисков ипотечного кредитования для банка:

"Последующие мероприятия:

1. Сократить риски, продавать больше индекса ABX прямо, базисная торговля индексом против слишком большого CDS (кредитный дефолтный своп)

2. Распространить как можно больше по облигациям, созданным по новой кредитной секьюритизации и очистить прежние позиции".

Одно из писем, описывающее клиента, говорит: "слишком умен, чтобы купить это барахло".

Расследование причин финансового кризиса, который начался в ноябре 2008 года, в течение последних полутора лет накопило свидетельства, основанные на миллионах документов и сотнях интервью, заявил К. Левин. "Исторически сложилось так, что инвестиционные банки помогли мобилизовать капитал для бизнеса", – говорится в докладе. Сегодня же, как демонстрируют сообщения электронной почты, они также помогают уменьшить его.

По материалам The New York Times

Елена Нойнец