— Владимир Михайлович, каким образом рынок труда выходит из кризиса: чувствуется ли оживление и в каких сферах?

— Точнее будет сказать, что он стабилизировался — прекратил ужасное падение. Если бы к концу 2009 года оно не остановилось, страна ушла бы в коллапс! Рынок труда инерционен — изменения на нем происходят намного позже, чем в реальных секторах экономики. Поэтому ситуация будет выравниваться в течение 2-х лет. В 2009 г. уровень безработицы по Украине составил 8,8% (в Евросоюзе — 8,9%). Можем сравнить: в 2004-м он был 8,6%, в 2003-м — 9,1%, в 2002-м — 9,6%. Мы это уже проходили и справились. Сейчас уже понемногу увеличивается количество вакансий, которые заявляют работодатели. Это позитивный сигнал — значит, становится меньше безработных. Мы понимаем, что часть из них ушла в тень, но пока с этим трудно бороться. Давайте облегчим участь бизнесу, уменьшив налоги и освободив от многочисленных проверок — тогда он немного оживет, как человек, который похудел на 10 кг: ему станет легче двигаться, дышать, жить. В итоге на рынке появится больше новых рабочих мест. В частности, много специалистов потребуется для подготовки к Евро-2012 — для реализации инфраструктурных проектов, модернизации и строительства дорог и аэропортов, железнодорожных магистралей, развития морских портов.

— Но все же украинцы «благодаря» кризису стали получать значительно меньше — теперь многие за чертой бедности.

— Чтобы побороть бедность, нужно повысить заработную плату — это одна из мер сохранения трудового потенциала в стране. Зарплаты украинцев должны составлять хотя бы 70% от зарплат наших ближайших соседей с Запада и Востока. Иначе мы потеряем лучший трудовой ресурс. Таковы законы экономики — не я это придумал. Но для того чтобы повышать зарплату, необходимо повышать и квалификацию работников.

— Как заставить руководителей платить белую зарплату?

— Обыкновенным контролем, проверками никто ничего не добьется — результат будет нулевым. Нужны изменения на законодательном уровне полупринудительного характера. Например, можно взять за основу опыт Болгарии — установить средний размер зарплаты того или иного специалиста по данному региону, и именно из этой величины работодатели должны платить страховые и другие взносы. Тогда работодатели не будут заинтересованы в занижении ставки. Мы же знаем, что в столице найти бухгалтера с опытом работы меньше чем за 4—5 тысяч гривен невозможно. И что? Приходишь в Киеве проверять предприятие, смотришь зарплату бухгалтера — а она равна размеру минимальной. Поэтому надо сказать: дорогой работодатель, можешь своему бухгалтеру платить минимальную зарплату, но страховые взносы и взносы в Пенсионный фонд уплати с этого индикатива. Такова цена на рынке этой специальности. Понятно, что какая-то часть все же останется в тени — даже в Англии, Франции, Германии, США 15—20% специалистов получают зарплату в конвертах. Как правило, это люди, работающие в сфере обслуживания.

— При приеме на работу работодатели отдают предпочтение мужчинам. Как в этом случае поступать женщинам?

— Сейчас даже по гороскопу отбирают персонал, но это перебор. Руководители пытаются не брать на работу женщин моложе 25—30 лет, и их логика понятна: через год-полтора молодой специалист может уйти в декрет. Причем женщин предпенсионного возраста тоже мало где ждут. А если возникает проблема гендерного неравенства при приеме на работу, в каждом центре занятости есть информация о том, как вести себя женщинам в той или иной ситуации, куда жаловаться.

— Расскажите о самых незащищенных категориях людей, которые получают пособие по безработице.

— Прежде всего это матери-одиночки, молодежь, которая сегодня относится к группе риска и которую работодатель сейчас не очень хочет брать на работу. Потому что у него требования примерно такие: возраст пионера, опыт пенсионера. А где же такого работника найдешь? Если руководитель берет на работу на условиях дотации квалифицированного работника, которого переобучили в центре занятости, и платит ему минимальную зарплату, мы компенсируем остальную часть, но в совокупности не выше, чем средняя зарплата по региону. Например, самая высокая зарплата в столице чуть более 3 тысяч гривен, а самая низкая — в Тернополе — 1,4 тысячи гривен. Вот и компенсация будет такой, чтобы заработная плата не превышала этих величин.

.

— Сколько в идеале должно составлять пособие по безработице?

— Не более 65% от минимальной заработной платы в стране. Иначе мы не заставим людей работать. Это мировая практика. Но в то же время минимальная зарплата должна соответствовать прожиточному минимуму. Увы, сегодня мы привязаны к минимальной зарплате, и пока экономика большего себе позволить не может.

— Работодатели платят стипендию некоторым студентам, чтобы потом взять их на работу. Может, стоит начинать сотрудничество с молодежью еще со школьной скамьи?

— Со школьниками сейчас работают только крупные предприятия. А таких единицы — одно, если повезет — два на район! Скажем, на заводе им. Антонова сотрудничают с несколькими школами, раз в неделю проводят экскурсии для старшеклассников. Даже мне, взрослому человеку, было интересно сесть за тренажер и «полетать», я уже не говорю о том, чтобы посмотреть на реальное производство самолетов! Служба занятости, в свою очередь, тоже многое делает для профориентации молодежи — уже к концу следующего года в каждой школе страны будут установлены тач-скрины для детей 6—11 классов. Что касается ПТУ, то это огромная проблема — их около 900 по всей стране, но эти учреждения фактически дискредитируют подготовку по той или иной специальности ввиду полного отсутствия материально-технической базы. К высшей школе тоже есть вопросы. Ну не может существовать столько вузов в стране — количество мест в высшей школе на 25% больше, чем выпускников школ! Как сократить вузы? Просто не финансировать. Если вуз востребован, в него пойдут студенты. А если нет, почему страна должна платить за это деньги? Актуален и вопрос госзаказа — Минобразования идет нам навстречу: сейчас уже прогнозируется обучение по тем или иным специальностям с учетом потребностей реального рынка труда.

Заработок нужно повышать!

Увы, если официальная статистика говорит о существовании в нашей стране 2 млн безработных (и только 472,4 тыс из них пребывает на бирже труда), то, по данным профсоюзов, эта цифра еще более угрожающая — около 4,5 млн человек. Ведь есть еще такое понятие, как скрытая безработица.

«По нашим сведениям, на 1 апреля текущего года приблизительно 1,5% работников (303 тысяч человек), занятых в экономике, находилось в принудительном отпуске без сохранения зарплаты, — рассказывает глава Национального форума профсоюзов Украины Мирослав Якибчук. — 13,5% трудящихся работало в режиме сокращенного рабочего дня или недели. Еще около 1,4 млн человек потеряли работу, но официально не зарегистрировались на бирже».

Профсоюзы также бьют тревогу из-за объема задолженности по зарплате — их эксперты уверяют, что эта цифра сегодня приближается к 3 млрд грн. Наряду с этим многие учреждения и предприятия искусственно занижают заработную плату своим сотрудникам. Такая традиция повелась еще с начала мирового кризиса и продолжается в Украине до сих пор. «В условиях кризиса практически по всей стране то и дело нарушаются права людей на своевременную выплату заработанных денег, — говорит Якибчук. — Наиболее критическая ситуация в Луганской и Донецкой областях, а также в Крыму. Проблемы с задолженностью по зарплате ощутимы и в столице, Николаевской, Харьковской, Сумской, Хмельницкой и Львовской областях». И это при том, что украинцы получают в 15 раз меньшие зарплаты, чем наши соседи из развитых стран Евросоюза!

В НФПУ убеждены, что отечественные предприятия должны повышать заработок своим работникам. Эксперты считают, что для этого необходимо уменьшить налоги на зарплату — тогда якобы часть оставшихся средств работодатель направит на ее увеличение. Однако далеко не факт, что владельцы предприятий позаботятся о подопечных, а не добавят «лишние» средства в статью своих доходов. В таком случае работодателю будет трудно поднять продуктивность труда ввиду отсутствия у человека стимула работать лучше за те же или еще меньшие деньги.

Инна Хмельницкая, фото Александра Дроздова