Майдан замер(з) в ожидании

-Амнистия  будет, если оппозиция разблокирует все административные здания и уберет с улиц баррикады, - доносятся слова нардепа-регионала Владимира Олейника с экрана, установленного на сцене Майдана.

 Около тысячи митингующих, внимательно следящие за происходящим на мониторе и отвечают на слова депутата дружным свистом и возмущенными воплями.

- На такую туфту мы не купимся! - кричит один из протестующих. Одежда на нем перепачкана сажей, лицо скрывает зеленая маска-балаклава, глаза выдают усталость.

Холод становиться невыносимым. Дружное скандирование и свист для собравшихся – это не просто способ выразить свою позицию. Создается впечатление, что так они пытаются взбодриться и поднять тонус в двадцатиградусный мороз.

Немного постояв у экрана, многие отправляются погреться к горящим бочкам.

- Что вы думаете о заявлении Олейника по поводу изменения состава переговорщиков? - обращаюсь к группе активистов движения «Спильна справа», которые о чем-то оживленно беседуют возле одной из своих палаток.

- Майдан – это очень неоднородная среда: это и партийцы, и представители гражданских движений, и различные неформальные объединения, - поделился своими соображениями активист движения Владимир (фамилию назвать отказался, сославшись на соображения безопасности), - Власть должна вести переговоры со всеми – и с партиями, и с другими участниками протестов. Безусловно, в числе делегатов должны быть люди из Правого сектора, а также представители нашей организации. Всего должно быть человек 7 – 8, не больше.

Наибольшее скопление людей - у Дома профсоюзов. Пройти сюда можно только предъявив документ. Проверяют паспорта бойцы Правого сектора, одетые в бронежилеты для пейнтбола. Пропускной режим существует не для поддержания порядка, а скорее для создания иллюзии контроля. Охрана даже не смотрит на фото в паспорте и никуда не вносит данные.

На третьем этаже большое скопление ультраправых активистов. Их лица скрыты, в руках биты и металлические прутья, на головах – каски и шлемы. Многие из них еще школьного возраста.

- Готов ли Правый сектор принять участие в переговорах с властью? – спрашиваем у главі киевской организации УНСО Игоря Мазура.

- Мы уже неоднократно заявляли, что готовы участвовать в переговорных процессах. На наш взгляд, оптимальное количество переговорщиков от Майдана – это пять человек. Туда стоит включить трех наших богатырей. Также, на наш взгляд, подходящие фигуры – это нардеп Андрей Парубий и Юрий Луценко, который имеет опыт не только кабинетной работы, но и уличного противостояния. К такому составу переговорщиков бы реально прислушивались люди на площади.

Чтобы пробраться от Дома профсоюзов к другому штабу митингующих – Украинскому дому - нужно пройти целый лабиринт из баррикад. На входе здесь также установлен пропускной режим. В просторном фойе Украинского дома протестующие отогреваются и отдыхают. Неподалеку находится хирургический кабинет, оборудованный накануне. В нем пусто – людей, нуждающихся в операциях нет. На время переговоров было принято решение отказаться от уличных боев.

Внезапно у входа раздались крики, и образовалось столпотворение. Около десяти охранников Майдана скрутили своего соратника, и повели по коридору.

- Что вы делаете, я же свой? – кричал парень.

Охранники завели арестанта за угол. Один из них нанес по задержанному удар палкой в корпус.

- Ты что делаешь? За что? – возмутился один из парней, пришедших погреться.

- Он стрелял в милицию из рогатки, а у нас перемирие на время переговоров, - уверенным тоном оправдал свои действия агрессивный дружинник.

После показательного наказания, охранники стали обсуждать, что делать с нарушителем. Большинство выступало за то, чтобы сдать его в руки милиции.

Так Майдан демонстрирует, что готов идти на уступки и держать слово, и ждет того же от власти.