Стройка века в Харькове — как застраивали город в начале ХХ столетия
На заре ХХ века здесь был пустырь и это место считалось концом города. Но после Гражданской войны, когда Харьков стал столицей республики, в 1925 году был объявлен конкурс. Тогда победу одержал «Незваный гость», который построили за три года. До «Незваного гостя» о конструктивизме, как о стиле в архитектуре, никто не слыхал.
Читайте также: Соперничество арабских шейхов: чье здание выше или история Бурдж-Халифа
На строительство «Незваного гостя» нужно было выделить девять с половиной миллионов рублей. Благодаря Феликсу Дзержинскому ошеломительно дорогой объект стал реальностью. В 1927 году Дзержинский пришел на стройплощадку и поручил профинансировать проект вне очереди - уже через год строительство завершили.
Так, в первой половине двадцатого века в Харькове «родился» высочайший небоскреб Европы — с тысячей комнат, благодаря краске с вкраплениями слюды, светящийся ночью.
Он выстоял во время Второй мировой войны и мог стать памятником ЮНЕСКО, но реконструкция 2004 года испортила его внешний вид. Двойные деревянные оконные рамы были заменены плоскими стеклопакетами.
Domik.ua выяснил, что в середине 20-х годов прошлого века начали застраивать часть города, в которой расположено здание, делая из нее цивилизованную окраину. Тогда тут были лишь шесть улиц — первая, вторая и третья Радиальные и Кольцевые.
Читайте также: Строительная отрасль Украины на грани остановки: эксперты предложили пути решения
На улице Данилевского располагался дом-коммуна «Новый быт» - кухни были соединены с санузлами. А для харьковских писателей на улице Культуры возвели отдельный дом в виде буквы «С», символизировавшей их призвание — слово. Тут расселили Остапа Вишню, Леся Курбаса, Павла Тычину, Владимира Сосюру.
Но до 1938 года расстреляли или сослали в лагеря жители 40 квартир из 68, а дом прозвали «крематорием».
Тогда, почти век назад, эти дома были новым словом в архитектуре, настоящим символом эпохи и единения народа. Но сегодня — это ободранные, полузаброшенные исполины, застывшие на грани времени и будто бы чувствующие свою ветхость и ненужность.
