Убил медведя-людоеда и оставил себе его когти
| Двадцать две тысячи километров – по отношению к человеку эта цифра кажется недостижимой. Однако украинский путешественник-экстремал Сергей Гордиенко преодолел именно такой отрезок пути пешком, на лыжах и на каяке Три года назад(!) он стартовал из Владивостока и только недавно вернулся в родной Днепропетровск. Здесь с отважным одиночкой и встретилась «Газета…». «Надо всегда быть с мечом, в кольчуге, в дорожной пыли» – Сергей, сейчас вы завершили вторую часть экспедиции «Солотрансглобал» и собираетесь пройти еще два сложнейших этапа. Первый вопрос: зачем вам все это нужно? – Только не пишите, что я турист или любитель адреналина! Я исследователь, который за 40 лет привык все испробовать на себе. Собираю информацию о взаимодействии человека и природы, о выживании в естественных условиях – и передаю ее тем, кому эти знания пригодятся в дороге, а то и спасут жизнь. Моя специальность так и называется – техника и психология выживания. Читаю лекции на эту тему в Киевском университете туризма, экономики и права и везде, где приглашают. В год происходит 100–150 таких встреч. Второе направление – миграциология, наука о миграциях народов в трудные времена, родоначальником которой считается знаменитый путешественник Тур Хейердал. |
![]()
2004 год, первый этап экспедиции, маршрут Севастополь – Владивосток. В Днепропетровске к Сергею Гордиенко (справа) присоединился журналист Евгений Евтушенко, чтобы вместе дойти до Киева. Для Гордиенко это редкое исключение из правил – он почти никогда не берет попутчиков
– А вы считаете себя его последователем?
– Именно так. Он впервые объявил миру, что люди всегда перемещались большими группами в поисках лучшей жизни и не стоит этого бояться. И в доказательство сам переходил океаны на утлых судах. Но сколько потерпел неудач в поисках средств для экспедиций! А помог великому норвежцу не кто иной, как ведущий телевизионного «Клуба кинопутешественников» Юрий Сенкевич, имеющий связи во влиятельных кругах. Путешествия Хейердала оплатил Советский Союз. Кстати, с Сенкевичем я был лично знаком. И моя кругосветка изначально была его идеей – Юрий Александрович хотел снять фильм об авантюристе, идущем вокруг света. Я выполняю другую задачу, но мечта Сенкевича послужила толчком к этой экспедиции.
– Умение выкручиваться из трудного положения и быстро убегать в безопасные места необходимо населению экстремальных регионов планеты: там засухи, цунами, землетрясения… Но украинцам в массе своей как это может пригодиться? У нас ведь все тихо-спокойно.
В таком домике, сложенном из «кирпичей» спрессованного снега, Сергей Гордиенко не раз пережидал пургу, оставаясь в этих стенах несколько дней
– Это на первый взгляд. Рыбаки на льду, неопытные грибники, «черные археологи» с металлоискателями, яхтсмены-любители, попадающие в шторма, – все они в группе риска. Туристы, которые проявляют беспечность в горах, – тоже. Как у нас привыкли относиться к Крымским горам? Карликовые, мол, вершины. И не понимают, что это – горы, где тоже можно угодить в пропасть, замерзнуть, остаться без еды… Но главное – даже не эти ситуации, а ежедневные конфликты между людьми, в которых тоже надо выживать.
– Студенты, наверное, в восторге от преподавателя, который не только философствовать умеет, но и собственными ногами истоптал все континенты, кроме Австралии?
– Ну, это лучше у них спросить. Вот, например, скоро должна выйти моя книжка «Альманах» – тираж заказали именно студенты. В книге собраны научно-популярные статьи, а также лирические стихи, которые я иногда пишу в дороге. Для себя я уже все доказал, теперь хочу показать возможности человека остальным. А совершаю свои переходы для того, чтобы мне верили. Когда ты слезаешь с запыленного коня и говоришь, что надо делать вот так, тебе верят. А когда выходишь из пыльной библиотеки во-о-т с таким животом и вещаешь чужие мысли, аудитория начинает спать. Поэтому нужно быть с мечом, в кольчуге и в пыли до конца своих дней.
![]()
Фото 12-метрового костяка кита на острове Кинг Джордж – один из самых впечатляющих снимков из коллекции Сергея Гордиенко. Остается только гадать, что же случилось с «владыкой моря»
Победить медведя и остаться живым
– Стартовав из Владивостока, вы прошли, как в той песне, «и тундру, и тайгу» – причем буквально. Как обеспечивали базовые потребности – еду, ночлег?
– Ночевал в основном в палатке. Это возможно даже при температуре минус 50, главное – правильно экипироваться. И в очередной раз убедился, что в человеке заложены огромные возможности, но, выбрав «костыли» в виде технократии, он пошел по ложному пути... В путешествие я захватил небольшой запас провизии: крупы, сухофрукты, шоколад, сушеное мясо. Правильное, полноценное питание – тоже наука. Продукты должны соответствовать времени года, региону, где ты находишься, индивидуальным особенностям человека. Например, если говорить о злаках, мой организм лучше всего «работает» на гречке и овсе. А вообще без пищи можно обходиться 20 дней – главное, чтобы была вода.
В таких палатках ученые-метеорологи укрываются от пурги, способной заморозить человека за считанные минуты
Во-вторых, в тайге, в степи еды полно. Добывал ее собирательством, рыбалкой, иногда охотой. Ел и ягоды, и стебли, и корни растений, и яйца насекомых и птиц, и всяческие личинки. Однако не рекомендую брать с меня пример тем, кто не имеет в этом деле опыта! Что съедобно, а что – нет, и как правильно готовить, понимаешь только в результате многолетней практики.
– Люди, которые встречались по дороге, помогали?
– Как правило, да. Это отношение чувствовал и на Дальнем Востоке, и в поселках на Байкало-Амурской магистрали (кстати, я первый человек, пешком прошедший вдоль БАМа, и первый, кто преодолел всю Обь на гребной лодке, – 4 тыс. км), и на Урале. Но было и много неприятных контактов. Тяжелее всего в пути – не голод, не холод, травмы или природные опасности, а когда люди отворачиваются от тебя. О случаях агрессии, когда криминальные личности, видя, что путник один, норовят напасть, отобрать нехитрое имущество, даже вспоминать не хочу!
– А что за знаменитая схватка с таежным медведем у вас произошла? Говорят, вы оставили себе на память его когти.
– О, эта история началась, как фильм ужасов: на окраине одного поселка в сумерках я заметил медведя, который топтался по кладбищу, даже успел вблизи увидеть его морду. Тогда мы разошлись мирно, но, как потом оказалось, это был медведь-людоед. Он тихо преследовал меня две недели, выказывал свое присутствие на моем пути – оставлял в лесу следы когтей, помет, – чтобы запугать. Я уже начал выходить к железной дороге, поближе к людям. Однако не успел: дикий зверь под два метра ростом напал в сумерках, подбежав сзади. Пострадала ручная тележка с экипировкой – медведь принял ее за часть моего тела. Но мне удалось предугадать удар и убить медведя самодельным копьем, потому что я видел приближающегося зверя в зеркало, прикрепленное на тележке. Эта хитрость – часть той самой техники выживания… Когти медведя оставил себе, – согласно традиции эвенков, исторически населяющих эту территорию. У них так принято: охотники берут клыки, а бойцы, сражавшиеся за свою жизнь, – когти.
«Профессиональный сумасшедший» – такой титул всем подряд не дают
– За какие достижения Британская антарктическая служба присвоила вам звание «Профессионал в области сумасшествия»? Это титул серьезный или ироничный?
– Ирония есть, но уважительная. Меня назвали «профессиональным сумасшедшим» в середине 1990-х, когда я семь месяцев проработал в Антарктиде, первым в одиночку пройдя очень опасный регион, где ледовое покрытие постоянно движется. Шел по трещинам, которые каждый день расширяются до 5–6 метров, замерзал чуть ли не насмерть, болел, однажды провалился в полынью и чудом выбрался... Задача, впрочем, была научной и прозаической: собрать для англичан данные по стоковым ветрам, от силы и направления которых зависит нагон или сгон льдов, а от них, в свою очередь, – навигация. Насколько я знаю, в мире «профессиональных сумасшедших» всего двое. Первым это звание получил альпинист Рейнхольд Месснер. Он в одиночку поднялся на все самые высокие точки мира, в том числе на К-2, вершину, которую среди альпинистов называют «абсолютная смерть», в тибетских горах на территории Пакистана.
1996 год. Сергей Гордиенко возле украинской антарктической станции «Фарадей», которая сейчас известна как «Академик Вернадский»
– Вы уже 15 лет перемещаетесь по земному шару с гуманитарно-экологической миссией. Проще ли стало получать разрешительные документы?
– Оформление виз – то, что мучает больше всего до сих пор, хотя меня знают и в ЮНЕСКО, и в Географическом обществе США. Где получается, где – нет… Вообще я уверен, что самое главное в соблюдении законов – не переступать через собственную совесть, через чьи-то права. А если где-то нарушу границу территориально, это не преступление, потому что вся Земля принадлежит человеку. Я считаю, нужна глобализация – и немедленная! Институт государства, немыслимые чиновничьи структуры разрушают мир и ведут к краху. Мы должны идти дальше – продвигать науку, исследовать космос, возрождать институт человеческой совести, искать путь к бессмертию. Что касается политики, заниматься ею в наше время дорого и глупо.
Справочная «Газеты…»
Сергей Гордиенко начал свою карьеру профессионального путешественника 40 лет назад с туристических водных походов – сплавлялся по горным рекам Сибири. В 28 лет получил звание заслуженного мастера спорта по туризму. Руководил длительными пеше-водными и лыжными экспедициями в Якутии и Приполярном Урале. Участвовал в первой украинской антарктической экспедиции. Больше 10 лет занимается одиночными переходами, в том числе в труднодоступных уголках планеты: через Антарктиду, пустыню Сахару. Дважды доходил на лыжах до Северного полюса. Женат, имеет двух дочерей. Главной опорой в экстремальных путешествиях считает именно семью, которая ждет его дома.
Ольга БОГЛЕВСКАЯ, фото автора и из архива Сергея ГОРДИЕНКО