В Таможенном кодексе надо формализовать процессы
Новая редакция проекта Таможенного кодекса, рекомендованная профильным комитетом к принятию за основу, предусматривает трансформацию идеологии системы сбора платежей в Украине. В частности, предлагает максимально упростить таможенные процедуры и уменьшить влияние "человеческого фактора" на процессы и результаты таможенного оформления. Планируется, что этот законопроект будет внесен на рассмотрение парламента уже в мае, а до этого времени рабочая группа продолжит работу над документом, который пока далеко не идеален. Об этом в эксклюзивном интервью МАИР рассказал Глава подкомитета Комитета Верховной Рады Украины по вопросам финансов, банковской деятельности, налоговой и таможенной политики Олег Царев.
- Какие основные претензии высказывают представители бизнеса и что просят откорректировать?
- С момента, когда я зарегистрировал законопроект Таможенного кодекса, соавтором которого я являюсь, ко мне обратилось огромное количество руководителей разных ассоциаций, импортеров и экспортеров.
В первую очередь, импортеров волнуют проблемы с так называемыми индикативными ценами. Это очень похоже на ситуацию с минимальной налоговой нагрузкой в Налоговом кодексе. Законодательно их нигде нет, тем не менее, повсеместно применяются. Поскольку нет четко прописанной процедуры, возникает и много претензий и недовольства.
- Вы хотите сказать, что импортерам не нравится та стоимость товаров и те правила их оформления, которые предлагает таможня? Но в этом вопросе достичь компромисса непросто, поскольку бизнес всегда будет стремится к тому, чтобы заплатить меньше налогов и сборов.
- Все сегодня хорошо понимают, что ввозить товары так, как это делали раньше, нельзя. Как и платить самые минимальные налоги и пошлины, указав минимальную стоимость при импорте, а потом пропустить все через фиктивную фирму и уже на территории страны заплатить минимум налогов от реализации товара. Ранее широко применялась такая схема, при этом таможенное оформление контейнеров с одеждой шло по весу товара, независимо от того, ввозил импортер дорогие брендовые вещи или ширпотреб. Принималось, взвешивалось и оформлялось. Это привело к тому, что мы лишились практически всей легкой промышленности. Производители не могли конкурировать с импортерами в таких условиях. Поэтому сегодня задача государства состоит в том, чтобы создать равные конкурентные условия для производителей и импортеров. Чтобы конкурентные преимущества исходили из объективных факторов, а не из субъективных, таких, как например, знакомство с начальником таможни. И не было ситуаций, когда на одинаковый товар устанавливается разная таможенная стоимость - для "своих" и "чужих". Государство должно следить за тем, чтобы не было монополий и соблюдалась конкуренция.
- Государство должно еще и защищать внутренний рынок, чего раньше никто не делал…
- Безусловно. Но защищать внутренний рынок мы можем только в рамках тех соглашений, которые подписали при вступлении в ВТО. Мы вошли в ВТО настолько на плохих условиях, что у нас защита внутреннего рынка может быть хотя бы в том, чтобы правильно взимать те пошлины и налоги, которые мы должны взимать. И не давать возможности работать тем, кто привык строить бизнес по "серым" схемам.
Есть еще одна проблема, на которую хотелось бы обратить внимание.
Существует много групп товаров, которые завозятся на территорию Украины по каким-то льготам. В связи с этим на таможенные органы уже сегодня по действующему законодательству возложены функции контроля по целевому использованию этих товаров. Это полиграфический, фармацевтический рынок и т.д. Таможня имеет право и обязана согласно действующему законодательству проводить проверки. Но на них таможенники приходят либо с налоговой службой, либо с прокуратурой, что тоже не очень хорошо для бизнеса. Приходят не сами не потому, что не имеют права так приходить, а от того, что отсутствует четко регламентированная процедура таких проверок. А когда нет прозрачных и понятных правил, возникают злоупотребления. К кому-то пришли, а к кому-то - нет. Одних наказали, других - нет. Поэтому все необходимые процедуры для работы таможенной службы надо очень четко и понятно прописать в новом Таможенном кодексе.
- С вашей точки зрения, необходимо расширить полномочия таможенных органов или их и так слишком много?
- У бизнесменов, которые ведут бизнес полностью правильно, есть такое понятие, как формализация процесса, когда каждое действие должно быть описано. Когда каждый сотрудник знает, что он должен делать в той или иной ситуации. Такие же процедуры мы должны прописать и для таможни. К сожалению, на сегодняшний день, с одной стороны, есть законодательная база, с другой - понятийные процедуры, по которым происходит оформление товара. Когда это два разных процесса – это не очень правильно. Примерно такие же проблемы у нас существуют сегодня в налоговом законодательстве. Когда мы пишем одни законы, а люди платят налоги совершенно по другим.
То же самое касается и полномочий контролирующих служб. Когда мы в комитете работали над Налоговым кодексом и прописывали такие понятия в действиях налоговой милиции, как опрос сотрудников предприятия, как выемка документов, осмотр помещения, было немало претензий и споров. Ведь на самом деле опрос – это допрос, а осмотр помещение - ни что иное, как обыск. В уголовно-процессуальном законодательстве оговорено, как должны проводиться такие процедуры. Необходимо пригласить свидетелей, у проверяющих должно быть соответствующее постановление прокурора о том, как проводить выемку документов, в какое время и т.д. А когда налоговики прописывают себе это одной строчкой в кодексе и называют "мягкими" терминами, они потом делают, что хотят, и нет никакого контроля. Поэтому мы боролись с налоговой, настаивая, чтобы все действия были регламентированы и не могли трактоваться на усмотрение того или иного сотрудника службы.
Так что в Таможенном кодексе нам надо не только упростить таможенные процедуры, но и максимально формализовать все процессы. Я думаю, что это непростой путь. Когда мы занимались Налоговым кодексом, работали совместно с тогдашним заместителем министра финансов Татьяной Ивановной Ефименко. Мы созванивались в одиннадцать часов вечера, обсуждали то, что было сделано за день рабочей группой. Причем рабочая группа в это время продолжала трудиться. А утром уже были готовы новые документы, мы встречались и продолжали работать с ними. Тем не менее, есть много вещей, которые мы видим сегодня и понимаем, что их уже надо редактировать. Поэтому работа над Таможенным кодексом тоже будет не быстрая. И мы ее будем проводить очень тщательно, советуясь со всеми заинтересованными лицами. И будем внимательно выслушивать все предложения, которые вносятся. Главное, чтобы авторы этих предложений потом от них не отказывались. Например, во время подготовки редакции Налогового кодекса с удовольствием принимали все предложения юристов из группы Тигипко. Это действительно очень грамотные специалисты. И я был крайне удивлен, когда Сергей Тигипко неожиданно предложил альтернативный вариант Налогового кодекса. Зачем? Если мы включили, все что он сказал. Я не помню ни одного предложения, которое было бы отклонено.
- Как Вы относитесь к инициативе по сбору подписей по отставке главы таможенной службы Игоря Калетника?
- Идеальных руководителей нет. Но мне сложно сказать, кто был лучше на этом посту. Да, сегодня есть проблемы в Одессе, на Львовской таможне, но все это несравнимо с тем, что было раньше. Страна теряла ежегодно миллиарды, контрабанда шла потоком, но каких-то кардинальных мер, чтобы ее остановить, не предпринималось.
Например, мы много лет не могли добиться того, чтобы сверялась наша таможня и польская по количеству грузов. Реальное количество грузов, которые шли из Польши и ввозились в Украину, в десятки раз отличалось от того, что официально оформлялось. Фактически это была контрабанда, которую выявить было элементарно. Надо было просто подписать соглашения между таможенными службами Украины и Польши. Мы неоднократно поднимали этот вопрос на комитете, я не раз направлял депутатские запросы в таможню, но тогдашние руководители находили разные причины и приводили всевозможные аргументы, чтобы не подписывать соглашения и не проводить сверку. Тогда стало бы понятно, кому выгодна контрабанда, которая шла через западную границу. И не надо было ставить какие-то специальные шлагбаумы, видеокамеры. Просто надо раз в месяц сверять объемы грузов, и мы бы закрывали контрабанду двумя-тремя сотрудниками таможни. Но у нас этого не было. Сегодня соглашение между таможенными службами двух государств все-таки подписано и сверка грузов проводится.
- С Вашей точки зрения, за последний год уровень коррупции в таможенной службе вырос или снизился?
- Я считаю, что он все-таки снизился. А кадровая политика, которая сегодня проводится руководством таможенной службы, играет не последнюю роль в том, насколько таможня стало больше собирать платежей в бюджет. Я не хочу быть адвокатом Игоря Калетника, но есть объективные причины, которые позволяют говорить о том, что многие проблемы, которые накапливались годами, сейчас оперативно решаются.
Беседовала Татьяна Бодня