Ядерная энергетика: Украина и мир в контексте Фукусимы
UBR: Стоит ли нам опасаться последствий ядерной катастрофы в Японии?
А.Ш.: Этого бояться не надо, здесь нужны организационные меры. Как показывает опыт пост чернобыльского периода, правильная организация работы по радиационной защите, по изучению всех тех процессов, которые происходят в той зоне, где произошла утечка продуктов деления, позволяет обезопасить себя. Мировой опыт очень большой, он обобщен и нашими учеными биологами, которые занимались радиологическими и физиологическими последствиями. "Статистика страха", как я ее называю, не такая большая, при некоторых исследованиях рентгеновских, томографии и т.д. , значительно меньше мы получаем даже, находясь в 30-километровой зоне. Задача сейчас вникнуть в тот опыт, который уже есть, потому что это третья крупная ядерная авария в мире на энергетическом объекте, которая заставляет мир подумать.
UBR: Вторая, которую заметили и украинцы?
А.Ш.: До этого мы переживали много аварий и ядерных процессов: взрыв 1983г. в Китае ядерного оружия, привел к тому, что трижды радиоактивное облако прошло над Украиной, все это зафиксировано. По классификации МАГАТЭ за время эксплуатации в мире состоялось ядерных аварий около 20.
UBR: А ядерных исследований, испытаний?
А.Ш.: Исследования и испытания входят в этот перечень. Это не касается только ядерных электростанций, это касается вообще ядерного комплекса в мире. Это и заводы по переработке, и шахты и т. д. Регламенты, которые прописаны в МАГАТЭ жесткие. Отсутствие дисциплины технологической приводит к авариям.
UBR: Почему Германия, Европейский союз, США заговорили о том, что надо перепланировать развитие ядерной энергетики? И в Германии был период, когда они планировали закрыть все свои АЭС к 2020 году, а несколько лет назад изменили планы на продолжение эксплуатации и сейчас снова задаются вопросом закрывать или нет. Почему так происходит?
А.Ш.: Я в таких ситуациях говорю, что не пристало учить президентов, но в данном случае их обязанность прислушиваться к этому и делать выводы для себя. То, что сделала Германия - это абсурд. Выпадать из технологического процесса, с общего развития, этого делать никто не будут, также, как никто не откажется от развития космонавтики или добычи нефти.
UBR: Менее развитые страны подтягиваются, и начинают идти по пути бывшего советского Союза, несет ли это в себе некую опасность?
А.Ш.: Не надо оставаться в тех старых схемах или стереотипах, которые есть. Все народы имеют определенную степень развития и определенную квалификацию. Индия или Китай 40 лет назад были странами даже не третьего мира.
UBR: Они могут повторить те же ошибки, что и Украина?
А.Ш.: Как показывает опыт Индии и Китая - они люди дисциплинированные и делают выводы из произошедшего в мире. И в ядерной энергетике они имеют определенные достижения. Индия вообще сделала ториевый цикл, о котором мы говорили 30-40 лет назад, но к нему не приступили. А они сделали ядерную энергетику на тории.
UBR: Президент США настаивает на развитии термоядерной энергетики, насколько это важно и актуально?
А.Ш.: Термоядерные исследования в мире ведутся с начала 50-х гг. когда, И. Курчатов, начал открытый процесс адаптации термоядерной реакции. С того времени потрачено более 100 млрд. долларов. Но ни одно фундаментальное изобретение так и не сделано. И перспективы создания ядерного реактора по той схеме, которая используется в исследованиях, фактически, с моей точки зрения, тупиковое направление. Для образования термоядерной плазмы управляемой, процесса как такового, в котором происходит слияние ядер и формирование высокого энергетического выхода, перспектива очень далекого будущего. Потому что нет в нашем постиндустриальном обществе, тех ресурсов и материалов, которые бы обеспечили нужный процесс.
UBR: Сейчас это еще более опасно, чем ядерная реакция?
А.Ш.: Это на два порядка выше по выделению энергии на единицу объема. Не освоив третье-четвертое поколение реакторов, мы не можем приступать.