Земля в поисках хозяина

По данным Института социологии НАНУ число сторонников продажи земли с 38,5% в 1994 году снизилось до 25,8% в 2010 году", - писала "Украинская правда" 15 марта 2011 года.

"Вопрос о возможностях купли-продажи земли сельскохозяйственного назначения следует решать как можно быстрее, чтобы сформировать таким образом земельный рынок.

Снятие моратория не обязывает украинцев продавать или покупать землю. Оно лишь снимает существующий запрет это делать", - отмечало издание Ua-daily.com 24 апреля 2013 года.

"Сложные перспективы села подтверждает тот факт, что чаще всего собственниками земельных паев в сельской местности являются пенсионеры - 50,3%. Еще 10% относятся к разряду зарегистрированных безработных", - напомнил сайт Latifundist.com 24 апреля 2013 года.

В ноябре 2012 года народные депутаты в очередной раз продлили мораторий на продажу земель сельскохозяйственного назначения. Теперь - до 2016 года. Это решение откладывает введение официального рынка земли в Украине.

В то же время, несмотря на ограничения, пахотой торгуют неформально, из-за чего свободных наделов становится все меньше и меньше. Количество же агрокомпаний, владеющих десятками-сотнями тысяч гектаров черноземов, растет.

Приносит ли это пользу обычному человеку, владеющему земельным паем, и людям, работающим на земле?

Авторитетное мнение

Владимир Дубровский, старший экономист "CASE Украина".

-

Важнейшая реформа, которая была обещана и могла бы на самом деле многое в стране изменить, - это рынок земли.

Учитывая, что земля для многих - не просто способ существования, но и сакральный символ, процесс должен был быть исключительно прозрачным и легитимным.

Однако решения принимаются неизвестно кем и без участия народа.

Правительство не имеет достаточной популярности и политической легитимности, чтобы осуществлять настолько масштабную реформу. Это большая проблема.

Жан-Жак Эрве, советник правления банка Credit Agricole Вank.

- Есть очень эффективные крупные агрохолдинги, а есть неэффективные.

Поэтому я думаю, что нужно действовать так, как мы действовали во всех странах Евросоюза: надо смотреть, как работает каждый конкретный хозяин.

Не надо формировать стандарт, даже если мы считаем, что нужно ограничивать размер предприятий.

Вопрос очень острый: сохранять максимальный размер предприятий - 100-150 га земли - или нет.

Александр Калиберда, заместитель руководителя проекта USAID "Агроинвест".

- Треть владельцев паев никогда не видели своей земли. Это весомая цифра.

Она свидетельствует, что эти люди не всегда заботятся об этой земле и ее будущем.

Ориентироваться на то, что села будут развиваться одновременно с аграрным производством, очевидно, не совсем правильно.

Количество занятых в сельском хозяйстве фактически равняется количеству занятых за его пределами.

Аграрные компании после отмены моратория не планируют покупать земельные наделы, отдавая предпочтение формату долгосрочной аренды.

Неопределенность повлияла и на собственников паев. Не понимая условий рынка земли, они не хотят связывать себя долгосрочными арендными договорами.

В Украине производится около 50 млн тонн зерна ежегодно, из которых 40% поставляется на экспорт. Однако потенциал здесь далеко не исчерпан.

В будущем в стране и дальше быстрыми темпами будут развиваться агрохолдинги с банками земли по 80-100 тыс га и больше, поскольку это выгодный бизнес. Вложения в растениеводство окупаются за год-два.

В свою очередь, у простых украинцев, работающих на земле, вариантов немного: либо сдавать свои паи в аренду и получать стабильный, но небольшой доход, либо, когда начнет работать рынок, продать землю.

Правда, возможностей продажи будет немного. Агрохолдинги не заинтересованы в покупке, для этих целей им нужны миллиарды гривен. Проще арендовать.

Альтернативный вариант - обрабатывать самому. А еще, в случае необходимости, брать в банке под залог земли кредит на собственные нужды.

Какие будут правила, станет известно в 2014 году или в 2016 году. Однако уже очевидно, что рынок аграрных земель - это рынок покупателей, а не продавцов. Конвертировать свой небольшой актив в что-то значимое рядовому украинцу будет невероятно сложно. Можно даже сказать: практически невозможно.